Книга Пышка не для Дракона, страница 118 – Лиссбет Котцова

— Посредник ушёл после обвинения?

— Договор расторгли почти сразу.

— Они?

— Да.

— Почему?

— Сослались на изменение маршрута.

Очень удобно.

Я записала.

Не стала делать выводы.

Пока только:

странный посредник;

частая смена людей;

ночные грузы;

законные документы;

быстрый уход после скандала;

неразобранная переписка.

Уже достаточно, чтобы проверить.

Недостаточно, чтобы обвинять.

— Завтра посмотрим договоры и письма.

Нора кивнула.

— Хорошо.

Мне понравилось это «хорошо».

Без защиты собственной прошлой работы.

Без «вы ищете там, где ничего нет».

Она увидела вопрос.

Я тоже.

Вот так и должно было работать партнёрство.

Не я пришла учить Нору.

Не Нора защищает двор от любой новой идеи.

Мы обе знали разное.

И наконец начали использовать это вместе.

Каэра я почти не видела весь день.

Он сознательно не ходил за мной по двору.

Это тоже было правильно.

Речной двор был моим местом, и его присутствие слишком легко могло превратить хозяйственную проверку в визит главы Вейранов.

К вечеру я нашла его возле постоялого двора.

Он разговаривал с Иарой.

Увидел меня.

Закончил разговор и подошёл.

— Как прошло?

Я посмотрела на грязь на подоле.

На старые записи под мышкой.

На пыль на рукаве.

— Я сегодня спасла Речной двор.

Каэр поднял бровь.

— Уже?

— Конечно. Переставила три ящика, предложила построить въезд там, где весной вода, и чуть не подняла цены в момент, когда конкуренты только этого и ждут.

Он несколько секунд молчал.

Потом улыбнулся.

— Продуктивно.

— Очень.

Я тоже улыбнулась.

— Нора оказалась права.

— В чём?

— Новую систему легко придумать человеку, который не знает, почему старая существует.

Каэр посмотрел в сторону двора.

— И что теперь?

— Теперь узнаю.

Он снова перевёл взгляд на меня.

— Вам нравится.

Это не было вопросом.

Я посмотрела вокруг.

На склады.

Причал.

Людей.

Постоялый двор.

На всё то, что утром выглядело как убыточное наследство Лиоры.

— Да.

Слово вышло неожиданно легко.

— Очень.

Каэр ничего не сказал.

И правильно.

Это не требовало его одобрения.

Речной двор впервые начал ощущаться не просто имуществом, которое я получила вместе с телом.

Местом, с которым можно что-то сделать.

Своими руками.

Не одной.

Вот это было важно.

Не одной, но и не за счёт чужой власти.

На следующее утро мы начали с Брана.

Он пришёл в контору ещё до того, как я допила чай.

Принёс старую складскую книгу.

Положил на стол.

— Нора сказала, вы ищете грузы того посредника.

— Да.

— Тогда тут ошибка.

Я посмотрела на открытую страницу.

Строка выглядела совершенно нормально.

Дата.

Номер документа.

Название товара.

Количество.

Склад.

— Какая?

Бран ткнул пальцем.

— Вот эта партия.

Я прочитала объём.

Цифра большая.

Но не настолько, чтобы мне стало очевидно.

— Что с ней?

— Пишут, что стояла в четвёртом.

Нора подошла ближе.

— Так и есть по книге.

— Нет, – сказал Бран.

— Почему?

Он посмотрел на меня так, будто вопрос был удивительно простым.

— Потому что не влезет.

Я нахмурилась.

— В смысле?

— В обычном.

Бран забрал книгу и провёл толстым пальцем по строке.

— Если поставить столько товара, как здесь записано, склад будет забит до дверей.

Он перевернул страницу.

Показал следующий приход.

— А вечером того же дня сюда приняли ещё одну партию.

Потом третью запись.

— И эта тоже стоит в четвёртом.