Книга Пять дорог, страница 96 – Елизавета Шумская

Да и отвлекаться больше не хотелось, потому что и обычным зрением он заметил нечто настораживающее: между деревьев поползли тонкие щупальца тумана. Пока тонкие. Угрозы чародей не ощущал, но разумно обеспокоился. В этой призрачной дымке легко заблудиться, ходить по кругу, пока не кончатся силы. Да и опасность пропустить намного проще: в болото зайти или обрыв не увидеть, хищника или чудовище не заметить. А еще туман может оказаться мороком или сонным заклятием. Столько таких историй!

Пока он просто стелился между стволов, будто подсвечивая каждый из них. Лес сразу приобрел какой-то совсем иной облик. Стал еще более таинственным, странным и, пожалуй, более красивым. В этом хрупком изменчивом очаровании таилась своя особая магия, зачаровывающая помимо воли. Златко с каким-то особым, внутренним волнением вглядывался в туманные ручейки, ожидая от них чего-то, пытаясь разглядеть, что они скрывают, в какие фигуры складываются. Он ехал вперед, и в тишине древнего леса ему чудился то ли хрустальный смех, то ли звон серебряных колокольчиков. Нежные чистые звуки манили, завораживая, вплетались в морок тумана и звали за собой.

Тем временем деревья стали расступаться, и юноша выехал на большую поляну. Стало светлее, но не слишком – кроны почти полностью ограждали ее от солнца. Только немного дальше в центр небольшого озера вонзались косые солнечные лучи, слепя и против ожидания придавая пейзажу еще больший флер нереальности. Златко невольно остановился оглядеться, удивляясь и восхищаясь бесконечному и разнообразному зеленому – деревьям, траве, многочисленным кувшинкам на спокойной глади воды и высокому шатру из листьев, отраженному в ней. Место казалось храмом, а островки тумана – облаками, среди которых он стоит.

Сам не зная зачем, Златко спешился и двинулся вперед, держа Василька под уздцы. Ветер колыхнул ветви старых ив, и вновь раздался тот чистый звук – будто смех хрустальных колокольчиков, заставив юношу улыбаться и смотреть вверх, пытаясь понять, что скрывается по ту сторону лучей-копий, вонзающихся в прозрачное тело озерной воды.

Чародей оказался настолько заворожен открывшейся ему картиной, что не сразу обратил внимание, как ручейки тумана начали стекаться в одну точку, концентрируясь в ней. Но когда полупрозрачный столб вырос ему до пояса, не заметить его стало невозможно. А он все увеличивался и увеличивался, пока не достиг высоты человека. Потом же начал обретать форму, складываясь в изящную женскую фигуру. Впрочем, к слабому полу Бэррин ее отнес в основном потому, что низ ее походил на длинную юбку со шлейфом: туман продолжал стекаться к этому странному существу. Однако потом стало видно лицо неизвестной – и сомнений не осталось: это действительно женщина со странными, но безусловно привлекательными чертами. Завораживающими, как и всё окружающее.

— Здравствуй, путник, – прозвучал голос, и Златко вновь послышались хрустальные колокольчики.

— И ты здравствуй, прекраснейшая.

Легкая улыбка коснулась ее губ. Женщина скользнула ближе и без стеснения принялась его разглядывать. Несколько локонов ее длинных полос парили в воздухе, будто все еще были прежними ручейками тумана, и легонько колыхались от ветра, которого Бэррин не ощущал.

— Кто ты? – зазвучали колокольчики вновь. – Я тебя здесь раньше не видела.