Книга Пять дорог, страница 93 – Елизавета Шумская

Густая тень накрыла их уже через пару шагов. В лицо дыхнуло прохладой, и оглушило тишиной. Какой-то совсем иной, ежели в других лесах. Нельзя сказать, что была она абсолютной. Тут тоже порой слышались птицы, поскрипывали деревья. Даже ветер изредка волновал кроны. Толстые древние стволы скрадывали все звуки, и в какой-то момент вдруг начало казаться, что оказался в каком-то ином мире. Темном, зябком, пугающем. Со своими законами, нравами и хозяином. И кто знает, желанный ли ты гость или просто добыча? Златко потребовалось все его мужество, чтобы продолжать путь.

Бэррин даже не сразу вспомнил о припрятанном угощении. К счастью, довольно скоро попалась подходящая поляна, на которой юноша и выложил каравай на вышитом полотенце, яблоки, яйца, квас и леденцы, купленные по какому-то наитию. Полюбовавшись на получившийся натюрморт, Синекрылый отвесил лесу церемонный поклон. Ива всегда настаивала на поясном, однако Бэррин посчитал, что совсем уж перенимать ужимки не стоит. Для знахарки такое приветствие было приемлемым. Для Златко – чем-то почти абсурдным.

— Мы не знакомы, но я надеюсь, ты разрешишь мне пройти.

Разумеется, ему никто не ответил. Юноша подумал-подумал и добавил, что обязуется не причинять вреда лесу и вообще быть паинькой. Лес по-прежнему молчал, но и вреда никакого не причинял. Поэтому Златко со свойственной ему склонностью трактовать все себе на пользу решил, что весы склонились на его сторону, забрался на коня и двинулся дальше.

Куда ехать, правда, он не представлял. Амулет менял температуру, только если отклонялись сильно. Но в других местах были дороги, здесь же – нет. Да и кому ходить по ним? Даже звериных троп не видно!

Тем не менее Златко поехал. Пока просто вперед.

Василек, притихший на опушке леса, немного оживился и теперь с любопытством вертел головой, разглядывая новые места. Его не понукали, на него не сердились, мчаться не заставляли. С утра покормили. Рядом любимый хозяин. Так что в целом Василек пребывал в полной гармонии с миром. Дорога, конечно, никудышная, но и не по таким скакали!

Через какое-то время будто в ответ на его единственную претензию к вселенной перед его копытами появилась тропинка. Сначала просто проплешины в траве, потом узенькая ниточка, а затем и вполне себе удобная дорожка. Беги да радуйся. Василек и обрадовался. С восторгом зацокал по ней копытами, даже чуть ускорился.

А вот Златко насторожился. Откуда здесь тропинке взяться? Кто по ней ходит? На звериную не особо похожа. Куда приведет? Не в болото ли? Вдруг обманка или на ней ловушки замаскированные?

Другой путник мог бы довериться чутью коня, но Златко слишком хорошо знал своего верного друга. Никогда не чуял опасности! Даже той, которую другие лошади ощущали. Может, разве что хищников каких. А так… он, скорее, сам в неприятности втравит, чем убережет от них.

Радость, с которой Василек топал по тропинке, немало пугала юношу. Вот наверняка же сейчас во что-нибудь вляпаются. И амулет, сволочь, никак не помогает! С другой стороны, после лесного бездорожья с извечной опасностью переломать ноги чего бы не порадоваться дорожке?

Василек и радовался, а вот его хозяин мучительно размышлял, с чем им предстоит столкнуться на этот раз. Спустя какое-то время Златко пришел к неутешительному выводу, что рановато отправился мир спасать. Не хватает ему знаний, вот просто катастрофически не хватает! Например, о каких опасностях таких вот лесных тропинок ему известно? Хищники – это понятно. С ними он справится. Да и есть надежда, что хоть их-то Василек не пропустит. Разбойники в Синеборе вряд ли водятся. А вот водятся ли лешие – вопрос. В Университете они не изучали еще всякие заповедные леса, увы. Да и будут ли? Все-таки каждое такое место уникально. Каких-то общих черт у них мало, а об особенностях каждый и сам почитать может, если уж приспичило. Максимум отделаются констатацией факта, мол, есть такие, проходят по разделу «Другое». Оно и понятно. Научных изысканий на эту тему нет, а все остальное – байки или тех, кто был, или, что вероятней, тех, кто пытался, да не вышло. Те, кому повезло посетить волшебный лес, обычно молчат или весьма скупо делятся сведениями.