Книга Старый замок хочет поиграть, страница 108 – Елизавета Шумская

Тем более она отлично представляла себе то, что происходило за дверью. И, надо сказать, Леа не ошиблась.

Джаносу надоело слушать пререкания, и он применил то самое заклинание, на которое хоть раз в жизни, но срывались все маги, – «хватка ярости». Мощной лапой оно поднимало прогневившего над землей за горло и проходилось по нервам всех окружающих выворачивающим нутро страхом, таким жутким и унизительным, превращающим того, на кого оно направлено, в скулящее, беспомощное существо. Такое применение колдовства осуждалось еще и за то, что действовало только против не-мага. То есть того, кто априори не мог защититься от подобной атаки. Считалось, что чародей, использовавший «хватку ярости», прежде всего унижает сам себя.

Но управляющего это не остановило. Он поднял над полом взбесившего его работника и, сжимая пальцы все сильнее, шипел так резко, что звук ввинчивался в уши даже через дверь:

— Заткнись, тварь, заткнись. Ты забыл, на кого тявкать себе позволяешь? Да я вас всех на жаркое порежу, а потом ваши сменщики будут уже ваши морды на стене закрашивать. Ты этого хочешь?

Несчастный скулил и хрипел. Другие работники тоже быстро вспомнили о своем месте и даже пикнуть в защиту собрата по несчастью побоялись. Тот же совсем побагровел и сучил ногами так, что одна ступня постоянно била в стену, заставляя Джаноса морщиться. Но он держал хватку и держал. Отпустил лишь, когда еще миг – и стало бы поздно.

Тело работника свалилось на пол ровно с тем же звуком, который помнила Леа из детства.

— Ползи работать, тварь, – прошипел Джанос и обвел взглядом притихших слуг. – Еще желающие?

Таковых, разумеется, не нашлось.

— Отлично. И запомните наконец, замок не сводит с ума. Держите свои сраные обидки при себе и думайте мозгами. Мозгами, придурки! Я знаю, что вы все ссыте от страха в штаны, но это просто камни и раствор между ними. Он ничего не может сделать вам, если вы думаете мозгами, а не поджилками. Ясно? – в ответ молчание. – Я спросил, ясно?!

В этот раз слуги забурчали что-то согласно. Один даже что-то спросил.

— Я безвылазно жил в замке целый год, – начал довольно спокойно Джанос, и последующего рыка никто не ожидал: – Вот в этой самой комнате! – Он со всей дури ударил в дверь, за которой спряталась четверка юных магов. Леа дернулась, а ее вскрик заглушила ладонь Сандора, по-прежнему не отпускающего ее. – В этой самой комнате! Целый год! И ничего! Ничего! Со мной! Не произошло! Ясно?! Ясно, я спросил?!!

Леа скосила глаза на соучастников. Шарли стояла прямо напротив двери, на лице девушки отражалось напряжение и сосредоточенность. Красивые черты не исказили ни страх, ни гнев. Анталь тоже смотрел на выход, но в куда более расслабленной позе – прислонившись плечом к стене. Только серьезный взгляд выдавал его готовность при необходимости дать опор. Лица Сандора Леа не видела, зато прекрасно чувствовала напряженные каменные мышцы.

— Отлично! Тогда за работу! Иначе всех отправлю в ров! Никто вовек не найдет, – последнюю фразу Джанос проговорил даже задумчиво, а потом уже и вовсе спокойно: – Кстати, надо ров тоже проверить, особенно его скрытую часть, куда-то же делся этот… третий, якобы начальник охраны.

Больше никто ничего не спрашивал, зато, судя по всему, работа закипела. По коридору еще кто-то бегал, что-то говорили, словно докладывали, но разобрать не удалось. Ушли лишь спустя четверть часа или около того. К этому моменту Сандор уже отпустил Леа, взглядом извинившись за недопустимое с точки зрения приличий поведение. Девушка точно так же выразила свою благодарность. Шарли и Анталь с усмешкой наблюдали за этими реверансами. Смущенный виконт отошел к окну. Леа же принялась разглядывать комнату. Сейчас, зная, кто в ней долгое время жил, девушка старалась найти что-то особенное, важное, однако мебель практически не отличалась от той, что стояла в ее спальне. Можно было бы полазить по шкафам, но не сейчас, когда за стеной слуги.