Книга Старый замок хочет поиграть, страница 105 – Елизавета Шумская

— Уверен?

Тот только кивнул, и виконт принялся искать магию уже с этой стороны. И нашел.

— Вот этот цветок с этой стороны, – Сандор ткнул в изображение синей лилии размером с ладонь на одной стене где-то на уровне плеча Леа, самой невысокой из присутствующих. – С другой такой же, но зеленый. Между ними сигнальная магическая нить.

Мысленно проведя между ними линию, они поняли, что луч получается косой, но наклон не очень сильный.

— И снизу здесь вот эта морда льва, – виконт снова указал на мелкую фреску слева, – и, эм, вот эта химера напротив.

На слове «химера» Леа вздрогнула, но, разумеется, речь шла не о ее милом чудовище.

Внизу луч тоже получался косой.

— Столбиков со шнурами лучше тоже не касаться, – подумав, добавил Сандор. – Я не вижу на них ничего, но я пока еще мало знаю.

— Да тебе и так можно в воровскую гильдию подаваться, – хлопнул его по плечу Анталь.

— Искренне надеюсь, что не придется этого делать, – улыбнулся тот.

— Вот когда пожалеешь о своих пышных платьях, – Шарли улыбнулась так, что никакого сожаления в этой улыбке не наблюдалось. – Ну что, Леа, рискнем?

— Может, мы сами? – предложил Сандор, на что Шарлотта фыркнула, подобрала юбки, сверкнув стройными ножками, и скомандовала: – Говори, как сильно надо нагибаться.

Явно смущенный виконт поставил руку параллельно лучу.

Несмотря на веру в подругу, Леа, сжавшись, ожидала вопля охранной системы, но Шарли успешно преодолела преграду и замахала им из безопасной зоны. За девушкой скользнул Анталь. Потом надо было идти Леаноре. Грацией и нахальством виконтессы Имре она не обладала, но оставаться одна не собиралась. Держать юбки так высоко оказалось неудобно и очень смущающе, да и нагибаться, одновременно высоко задирая ноги, – то еще удовольствие, но Сандор поддержал ее на этой стороне, а Анталь на той, так что справилась.

— Не смущайся, Леа, – хохотнул Ференц, – иногда кавалерам надо показывать свои достоинства. А у тебя это именно что достоинства.

— Анталь! – возмущенно шлепнула его по предплечью та.

— Ой, Леа, и правда, не смущайся, – Шарли тоже улыбнулась. – Нам с ними еще учиться. Подозреваю, что увидят они еще немало. Я про пресловутые окопы. Не в платьях же мы там будем сидеть!

— Хм… Интересно, а в чем? – удивилась Леа.

— В штанах как для верховой езды, – пожала плечами Шарлотта, имея в виду широкие брюки, специально разработанные для этого. – Или вообще в мужской одежде. Разве это не интересно? Уверена, она куда удобней.

Леа оглядела с интересом слушающих их юношей и попыталась представить на себе один из таких костюмов. Разврат полнейший, конечно. Зато с демонстрацией достоинств, как выразился Анталь, проблем не возникнет.

Девушка внезапно засмеялась. Ее привычная жизнь продолжала рушиться, но отчего-то одновременно со страхом шло веселье. Она попыталась объяснить остальным причины своего смеха и с немалым удивлением увидела в их глазах понимание. Значит, не только ей страшно и не только ей это нравится.

А потом они пошли туда, куда показал Анталь. И вот тогда стало действительно страшно – со стены на них смотрела фреска с лицом лже-Клариссы.

Все четверо пялились на фреску и не знали, что сказать. Да и вообще первые мгновения язык отнялся. Светловолосая девушка глядела на них почти живыми глазами, и от этого становилось даже не страшно – жутко. То же голубое платье, что и в последний ее вечер, то же золото волос и бриллианты везде – в ушах, на пальцах, на запястьях, в прическе, колье на груди. Правда, над ним, перечеркивая тонкую длинную шею, кто-то нарисовал совершенно неподходящий к образу рубиновый коллар^[11]. Зато сразу подумалось, насколько это символично…