Книга Магический сыск, страница 475 – Елизавета Шумская

— Этим ты с Вероном и Олло развлекайся. А нас ждут дела поинтересней.

— Ну не томи уже!

Она усмехнулась. Из–за полного набора клыков в пасти выглядело это жутковато.

— Помнится, ты говорил, что неплохо стреляешь из стеллов. Это так или приврал?

— Конечно, правда. Я еще и ножом неплохо махаю.

— Нож там мало поможет, разве что вот такой… – и она достала откуда–то с нижних полок шкафа кинжал, но не простой.

— Опа! Откуда у тебя такой тесак?!

Кинжал такое название вполне оправдывал. Лезвие у него было в локоть длиной и почти в ладонь шириной.

— Я тебе потом когда–нибудь расскажу. А сейчас пошли. Нас ждет охота.

Добираться пришлось долго. На далекое заброшенное и весьма неспокойное кладбище. Сколько ни бились некроманты Ойя, а надолго утихомирить его не получалось. Такое порой случалось, если проклятие на землю было наложено в древние времена и весьма серьезно. В народе же шутили, что это сделал какой–то нерадивый ученик черного мага: выучить не выучил, а что сказал и сделал, сам не понял, да и никто не смог понять. Студенты до сих пор смеялись, что оценку ему пригрозили не ставить до тех пор, пока он не исправит положения. Вот его неупокоенный дух до сих пор и будит кладбище, алкая вожделенного зачета.

Как бы там ни было, это место всегда кишмя кишело самыми неприятными тварями, так что все нормальные люди предпочитали его обходить десятой дорогой, благо, находилось оно вдалеке от этих самых дорог, равно как и населенных пунктов. Но ни Рика, ни тем более Алиера нормальными не были.

Это становилось ясно уже по тому, как они добирались. Лакост мчался на лихом злом жеребце, то и дело норовящем взбрыкнуть или укусить. А Зарзе неслась рядом. Ее единственным отличием от нархов во второй ипостаси было отсутствие крыльев, но сила, скорость и неутомимость ее тела позволяли не уступать в темпе быстроходному коню Алиеры. Половину пути она вообще проделала, скача сначала по крышам домов, а потом по деревьям. И даже не запыхалась. Наоборот – с каждым шагом, каждым прыжком, каждым вздохом кровь разгоралась все сильнее и сильнее, даря ощущение всемогущества. И ее партнеру передалось это настроение – хмельная отвага и безрассудство.

Вокруг царила колдовская темная ночь, а в черном бархате неба сияла гордячка луна. Вечная, насмешливая и равнодушная. Но она дарила миру какой–то странный оттенок нереальности. Все вокруг казалось зыбким и полным опасностей. Однако стеллы, спрятанные под рукавами, и кинжал в поясных ножнах внушали небывалую уверенность, будто подзуживали, раззадоривали, предлагая проверить собственную молодецкую силушку.

Город давно поглотил Алиеру. Он был его ребенком и воспитанником. Знал его опасности и законы. В любой ситуации в нем необходимо было сдерживать порывы, дабы не попасть в неприятности, держать в узде страсти и силы.

Здесь же все было иначе. В этом зыбком и одновременно таком реальном мире имели значение только сила и удачливость.

Алиера это очень хорошо понял. И это было ново.

Они ворвались на кладбище как два демона мести. Коня Лакост оставил далеко от входа, и теперь он и Зарзе были единственными живыми существами на лигу вокруг. А вот не–живых тут было много больше.

И терпеть чужих на своей территории они не собирались. Лишь пара секунд им потребовалась, чтобы прийти в себя от наглости пришельцев. И в следующий миг все сошлось в безумстве боя. Воистину в безумстве.