Книга Брошенная жена Альфы. Открыла приют для его незаконных детей, страница 73 – Юлий Люцифер

— Варен Холт.

Дейрон нахмурился.

Адвокат не сдавался.

— Поздняя регистрация приложения не означает, что госпожа Моррен не была ознакомлена отдельно.

— Тогда должно существовать подтверждение передачи.

— Есть отметка.

— С моими поддельными инициалами.

— Это предстоит доказать.

Я кивнула.

— Именно.

Мне понравилось, что я не пыталась спорить там, где он был прав.

— Поэтому запросите журнал доставки административных приложений.

Председатель поднял взгляд.

— Он сохранился?

— У социального отдела велась отдельная книга. Я сама ввела ее после того, как два отчета потерялись между службами.

Лисса едва заметно улыбнулась.

Вот она.

Моя старая привычка усложнять бюрократию, которая иногда спасала жизнь.

Журнал принесли через полчаса.

Я знала, что искать.

По номеру основного отчета стояли две передачи.

Первая — моя подписанная сводка в центральный архив.

Вторая — именное приложение из отдела Варена.

Получатель:

архив.

Не я.

Ни одной передачи в кабинет Луны.

Ни одной моей расписки.

А служебное правило требовало, чтобы любое новое приложение после подписи руководителя возвращалось ему на повторное ознакомление, если меняло содержание.

Этого не сделали.

— Значит, — сказал председатель, — госпожа Моррен не получала официальную копию именного приложения.

Адвокат ответил:

— Не получала через журнал. Это не исключает личного ознакомления.

Я посмотрела на него.

— Кто ознакомил?

— Это вопрос проверки.

— Тогда пока у вас есть только инициалы на листе, который не был мне направлен.

Он замолчал.

Дейрон заговорил сам:

— Я не помню, чтобы показывал Эйлин этот список.

Я повернулась.

Адвокат явно не ожидал.

— Господин Вейл...

— Не помню.

Он смотрел на Совет.

— Я считал, что административные подтверждения оформляет Варен.

Председатель спросил:

— Вы сами знали, что имена добавлены после подписи супруги?

Дейрон помолчал.

— Не знал точного порядка.

— Но знали, что она не была посвящена в происхождение детей.

И вот тут все замерло.

Адвокат едва заметно повернулся к нему.

Дейрон понял вопрос.

Если скажет да, уничтожит версию защиты, что я знала.

Если нет, солжет прямо перед Советом после нашего разговора.

Он закрыл глаза на секунду.

— Да.

Я смотрела на него.

Председатель уточнил:

— Да, знали, что госпожа Моррен не осведомлена о детях?

— Да.

— Тогда зачем ваша сторона представила отчет как доказательство ее знания?

Адвокат вмешался:

— Материал был представлен для установления полной картины административного доступа, а не как утверждение сознательного участия.

Очень аккуратно.

Я почти восхитилась.

Почти.

Дейрон не сказал ничего.

Председатель сделал отметку.

— Совет считает версию о сознательном участии госпожи Моррен в сокрытии детей не подтвержденной.

Вот и все.

Не громкая победа.

Одна строка.

Но я почувствовала, как внутри отпускает.

Не потому, что сомневалась.

Потому что теперь сомневаться больше не мог официальный реестр.

Заседание продолжилось финансовой частью.

И здесь стало значительно хуже для Дейрона.

После заморозки детских активов независимые аудиторы проверили счета.

Финн.

Его земля действительно приносила доход.

Часть денег оставалась на персональном счете.

Но почти треть четыре года использовалась как обеспечение хозяйственного кредита Серого Бора.

То есть если бы фонд не смог рассчитаться, имущество ребенка оказалось бы под риском.