Книга Кто сделал бога, страница 19 – Юлия Жукова

Обещание?.. Но как же?..

— Но ведь вы снова стали носить еду в комнату, — не удержался я, хотя пытался не отходить от темы. — Значит, нарушили обещание?

— Нет, — замотал головой господин Умукх. — Только при тёте Зине. Она в отпуске — можно.

— Хорошо… — протянул я, собираясь с мыслями. — Но ведь госпожа Лилиана вам ничего не обещала, не так ли?

— Нет, — согласился господин Умукх. — Но она нарушила запрет. Нельзя брать чужие подношения богу.

— Господин Умукх, — вздохнул я, понимая, что тут логика мне не поможет. — Если у вас возникают проблемы с персоналом, надо сообщать об этом господину Сержо. Он разберётся. Вы не можете сами наказывать сотрудников.

Подопытный уставился на меня, и я прямо увидел, как его радужки и зрачки разделяются, будто клетки на иллюстрации митоза, на два, на четыре, на восемь и, кажется, на шестнадцать…

— Я не могу не наказать, — произнёс он тонким, зудящим голосом. За время эксперимента я вывел для себя, что этот тон у него прорывается, когда то, чего мы от него хотим, идёт вразрез с его фундаментальными установками. — Она нарушила запрет. Это мой запрет. Только я могу наказать. Я должен наказать. — Он подумал ещё, собрал свои зрачки обратно в человеческие и добавил более нормальным голосом: — Я несильно.

Физиолог вернулся, и я с усилием расслабил закаменевшую спину, осознавая, что обливаюсь холодным потом.

— Давайте прервёмся на чай, — предложил я, сделал за спиной Умукха знак физиологу пока не трогать тему и спрятался в душевой. Кажется, мне удалось выудить из подопытного очень важную информацию. Сейчас я соберусь с мыслями и поделюсь ею с командой. Но господи, как же страшно…

10 июля

Доктор Поэма, наблюдающий скептик

Поделиться пришлось, конечно, не только с командой. Господин Сержо выслушал мой доклад с непроницаемым видом и запретил публиковать находку в СМИ по крайней мере до согласования с минбезом. Подозреваю, что в принципе.

Госпожа Лилиана вернулась на следующий день — крапивница у неё пропала так же внезапно, как появилась, ровно в полночь. К господину Умукху и его комнате она больше не приближалась, отработала свою неделю и уступила место вернувшейся из отпуска госпоже Зинаиде. Ты выглядела отдохнувшей, немного загорела и всем, кто готов был слушать, рассказывала, какой отличный парник она себе поставила на премию и как остатков хватило на систему автополива.

— А что такое парник? — вклинился подопытный.

Госпожа Зинаида открыла было рот, но тут же стушевалась.

— Ой, милок, мне начальник запретил теперь с тобой разговаривать. Чтоб не вышло, ну, как с микробами. Ты вот у учёных спроси, они тебе расскажут.

Господин Умукх приуныл, но спорить не стал. Идея запрета оказалась ему очень близка и понятна. Мы честно пытались выудить из него полный список запретов, чтобы больше никто не нарушил по незнанию, как госпожа Лилиана, но господин Умукх, очевидно, не держит их в памяти. Он и собственные обещания там не держит — не помнит, кому что обещал и при каких обстоятельствах. Но при этом неукоснительно исполняет.

Физиологи попытались его прощупать на предмет неосознанного восприятия — вроде как пациенты с поражением некоторых отделов мозга могут оперировать определёнными понятиями, только пока не задумываются об этом, а как только задумаются — сразу теряют эту способность. Например, успешно есть ложкой, но стоит спросить — сразу забывают, что такое ложка и зачем она нужна. У нас эффект наблюдается другой, конечно, так и наличие мозга у подопытного ещё никто не доказал, однако такая аналогия хоть как-то помогает осмыслить его когнитивные сложности.