Книга Леди и Ведьма против всех, страница 79 – Тоня Рождественская

— Ещё один детектив, — шипит женщина. — Как же вы все меня раздражаете.

— О, тогда не воспринимайте меня как стража, мисс Монро, воспринимайте, как критика, который пришел на спектакль, — парирует Пайетт. — И вот мой вердикт: ваше представление окончено.

— Я бы не был так уверен, — вмешивается Томас, доставая из кармана что-то похожее на штормган, только меньше по размеру и слегка более изящный. — Нас двое, а вы один. А значит, у нас преимущество. Не волнуйтесь, стреляю я весьма неплохо, а это значит, что или себя или Кэтрин вы спасти не сумеете. Ведь Беккер сейчас слишком занят, чтобы прийти к вам на помощь.

Пайетт не двигается, держа Джессику на мушке. Несмотря на весь его несерьезный вид, нервы у этого человека явно крепки как сталь.

— О Беккере я бы не беспокоился, — говорит он с неожиданной усмешкой.

— Что ты имеешь в виду? — напрягается Джессика.

— Что? Как думаете, мисс Эверет, что я имею в виду?

Женщина переводит свой взгляд на меня, словно пытается увидеть, что у меня в душе. А там сейчас такая мешанина из страха, отчаяния и дикой надежды на неожиданное чудо, что даже я сама не разберусь. А Бруно тем временем продолжает.

— Видите ли, — говорит он, не опуская штормгана. — Пока вы готовили свою ловушку, мы готовили свою. И знаете что? Кажется, наша сработала лучше.

Люмис напряженно дышит, Джессика же, кажется, не дышит вовсе.

И тут со стороны, куда ушли головорезы, возглавляемые Криганом Диплоком, появляется он — Ториан Беккер, с кровавым подтеком под глазом и в порванной рубашке, но живой и, что самое главное, вооружённый.

— Прошу прощения за опоздание, — говорит он, с завидным умением прокручивая в ладони штормган, как заправский ковбой. — Пришлось немного задержаться, чтобы поприветствовать старых знакомых как следует.

Я чувствую, как слёзы облегчения сами по себе наворачиваются на глаза. Он жив! И, похоже, банда Криггана Диплока получила больше, чем рассчитывала.

— Все кончено? — спрашивает один детектив другого.

— Да, ребята как раз заканчивают, — отвечает тот, ухмыляясь. — Кстати нужно поблагодарить вас за эту прекрасную возможность. Благодаря вам мы наконец-то повязали опасного преступника и большинство его сообщников. Хорошая работа.

— Вы… вы… — Люмис начинает пятиться назад.

— Да, мы воспользовались вами и вашими договоренностями, чтобы убить двух зайцев одновременно, — издевательски признается Беккер. — И давай-ка без глупостей. Сдавайся, Томас. Тебе некуда бежать.

Джессика смотрит то на Беккера, то на Пайетта, то на меня. От бессильной ярости ее трясет, а лицо совершенно перекосило.

— Всё кончено, мисс Монро, — говорит Бруно. — Опустите нож, и, возможно, суд проявит к вам снисхождение.

— Снисхождение? — она почти кричит. — Я не нуждаюсь в снисхождении! Я — художник! Я создала шедевр! И мои убийства будут помнить дольше, чем все роли, которые мне не дали сыграть!

Джессика выглядит как настоящая сумасшедшая. Клянусь, я видела такие лица только в фильмах ужасов, где заигрывали с демонами. Её зрачки расширены так, что радужки почти не видно, волосы всклокочены, а на лице застыло выражение, которое не назовёшь иначе как «безумие в чистом виде». На неё даже страшно смотреть — сквозь черты проступает что-то первобытное и голос внутри меня умоляет отвернуться, чтобы не встречаться с этим безумным взглядом.