Книга Брак с Драконом: Почему это так Сложно?, страница 101 – Алекса Рид

— Что? — я вскочила. — Она уехала? Зачем?

— Её решение, — судья-дракон усмехнулся, и его масляные глазки сверкнули. — Видимо, не выдержала конкуренции. Или её совесть проснулась.

— Но это же позор для её клана! — воскликнула Брунхильда.

— Её клан сам разберётся, — отрезал судья-дракон. — Не ваше дело.

Я села, чувствуя, как внутри всё сжимается. Авианна уехала. Не попрощалась. Не объяснила. Просто исчезла. Оставив после себя только вопросы.

— Ты в порядке? — шёпотом спросила Миран.

— Нет, — ответила я. — А что теперь с тобой? Если она выбыла, то выбывания отменяются? Тебя не отпустят?

Брунхильда побледнела ещё сильнее.

— Не отпустят, — тихо сказала она. — Теперь придётся дотерпеть до конца. Иначе клан сочтёт это бегством.

— Но это нечестно! — я сжала кулаки.

— А кто обещал честность? — она горько усмехнулась. — Добро пожаловать в мир драконов, Мила. Здесь редко играют по правилам.

Валерия смотрела на нас со своей стороны зала, и улыбка её была такой сладкой, что у меня заныли зубы. Она знала. Она точно знала. Может причастна?

* * *

Лабиринт находился в подземелье замка — там, куда слугам запрещалось ходить без сопровождения. Стены были сложены из тёмного камня, факелы горели тускло, отбрасывая длинные, пляшущие тени. Пол был неровным, кое-где зияли провалы, прикрытые магией. Воздух пах сыростью и древностью.

— Правила просты, — объявил распорядитель. — Идёте в одиночку. Не сворачиваете с отмеченного пути. Иллюзии могут быть пугающими, но они не причинят вам вреда. Главное — не останавливайтесь. Доверяйте себе. Слушайте себя.

Мы вошли втроём — я, Брунхильда и Миран. Валерия — впереди, её изумрудное платье мелькало в полумраке, как маяк.

— Держитесь вместе, — шепнула Брунхильда. — Не отходите друг от друга. К чёрту эти правила. Мне тут страшно.

— А если разлучат иллюзии?

— Не разлучат, — сказала Миран. — Держитесь за руки. Крепко.

Мы взялись. Я чувствовала тепло ладони Брунхильды и холод — Миран. Две подруги. Две опоры.

— Идём, — сказала я.

Лабиринт тянулся бесконечно. Коридоры раздваивались, петляли, иногда упирались в тупики. Мы шли, сверяясь с картой, которую дали судьи, но карта, кажется, врала. Думаю у драконихи карта получше…

— Нам налево, — сказала Брунхильда.

— Нет, направо, — возразила Миран. — Карта врёт. Я чувствую магию отвода глаз. Кто-то подменил знаки.

— Откуда ты знаешь?

— Дроу чувствуют иллюзии. Это наше.

Мы пошли направо. Коридор расширился, факелы стали гореть ярче, и на стенах заплясали тени.

— Смотрите, — я замерла.

Из стен выходили фигуры. Люди в лохмотьях, с пустыми глазами, с протянутыми руками. Они шли к нам, но не касались — только смотрели. В их взглядах было столько боли, что у меня защемило сердце.

— Иллюзии, — сказала Миран. — Не смотрите на них. Они питаются страхом.

Я отвернулась, но одна фигура приблизилась вплотную. Женщина с длинными светлыми волосами. Мама.

— Мила, — прошептала она. — Почему ты меня бросила?

— Ты не моя мама, — сказала я, сжимая кулаки. — Моя мама умерла.

— Я умерла из-за тебя, — прошептала фигура. — Если бы ты не отвлекла меня за рулём… если бы ты не закричала…

— Это неправда! — закричала я.

— Бежим, — крикнула Брунхильда, дёргая меня за руку. — Это иллюзия! Она играет! Не верь!

Мы побежали. Фигуры тянули руки, но не касались — только шептали, только плакали. Коридор сузился, стены сомкнулись. Я задыхалась.