Книга Ветер, страница 302 – Лариса Мельникова

Конечно, по дороге он спрашивал себя: зачем согласился на эту встречу? Понятно, что Ламар будет сейчас просить о прощении, но ему-то это зачем? Тратить такой чудесный вечер на встречу с этим глупцом, вместо того чтобы поехать домой? Нужно посадить Ламара обратно в тюрьму и, наконец, привести приговор в исполнение. Это Раван и сделает, только сначала задаст пару вопросов, на которые давно хотел получить ответ. А пока просто интересно, как Ламар будет выкручиваться. Ну, пусть начинает.

— Я хочу попросить прощения. Я очень виноват перед тобой. Сейчас я благодарю судьбу, что ничего не получилось, и ты выжил. То наказание, которое мне полагается, я полностью заслуживаю. Приговор не привели в исполнение, так как все решили, что ты погиб. Меня отправили в лагерь, там мы добывали камни. В лагере я нашёл своего отца. Он очень хороший человек. Он мне очень нужен, а я – ему. Я никогда больше не нарушу закон. Прошу, если сможешь, – прости меня. Я уеду и исчезну. Если бы можно было заглянуть в сердце человеку, ты мог бы увидеть, что я очень раскаиваюсь. Очень... Понимаю, моя просьба выглядит нагло… Я бы на твоём месте не простил.

Раван усмехнулся и поглядел на Ламара. Так поглядел, что тому и вправду показалось, что ему заглянули в душу. «Не глаза, а аппаратура, чтобы видеть других насквозь», – подумал Ламар, отводя взгляд.

— Да, нелегко забыть наш разговор в машине.

— Мне тоже. Каждый раз, когда его вспоминаю, сгораю со стыда. Но это ещё не всё, за что мне сейчас стыдно. Я ведь вырос в очень богатой семье. Высшее общество! Мы общались в своём кругу и презирали простых людей. Я искреннее считал: в деревнях живут дикари, у которых нет чувств, одни инстинкты. Их мысли сводятся только к тому, чтобы найти еду, поесть, ну, ещё напиться. Когда Ашкар пригласил меня зайти в дом, я отказался. Потому что брезговал. Был уверен – там грязно, как в сарае. Искреннее не понимал: что Эйр там делает? Задавал себе этот вопрос и не находил ответа. Возможно, это благодарность за спасение, но разве недостаточно просто дать денег, и всё? Мне хотелось её оттуда скорее забрать. Потом ты переехал в Жеран, но это не имело значения. Я... я не считал тебя человеком. Когда ты стал директором завода, о тебе начали писать в газетах, я думал – это чудовищная ошибка! Для меня было немыслимо, что животное сидит рядом с вождём. Я был уверен: скоро все это поймут и всё встанет на свои места. А когда Эйр переехала в тот же дом, я перестал себя контролировать. Мы сильно поругались.

— Что же ты её не спас? Дал бы мне в морду разок и забрал её из лап чудовища.

Раван это говорил по-доброму, рассказ Ламара его развеселил, он еле сдерживался, чтобы не рассмеяться. Но Ламар был очень серьёзен. Раван это почувствовал и сделал знак охранникам отойти подальше. Он с удивлением поймал себя на мысли, что ему самому хочется выслушать Ламара. И Ламар это тоже почувствовал. Он читал много книг по психологии, умело манипулировал людьми, но сейчас понимал, что если начнёт использовать эти приёмы, Раван всё поймёт, и разговор сразу закончится.

— Я никогда никого не бил. И меня не били, – ответил Ламар.

— Я тоже предпочитаю решать проблемы путём переговоров – со всеми можно договориться. Но в некоторых случаях «дать по морде» является наиболее быстрым и эффективным способом донести до оппонента свою позицию. У тебя что, нет братьев и сестёр?