Книга Ветер, страница 210 – Лариса Мельникова

Через неделю Раван не выдержал и начал рабочую деятельность. В комнату, которая стала его кабинетом, постоянно кто-то приезжал, включая военных, что тоже не добавляло спокойствия. Эйр всё время проводила с мальчиками и уходила в свою спальню, только когда они засыпали.

— Будем ли мы жить как прежде? – спросила она Равана перед сном.

— Конечно.

— Боюсь, у меня не получится. Я всё время напряжена: в каждом охраннике, работнике санатория, в твоих посетителях я вижу угрозу. Мне кажется, они наблюдают за нами, чтобы потом передать эту информацию, как твой шофёр.

— Да, у меня то же самое.

— Папа проводил исследование на эту тему. Анализировал биографии самых жестоких правителей в истории разных стран в разные периоды. Там наблюдалась интересная тенденция: в самом начале своего правления они были довольно успешными и прогрессивными, имели народную поддержку. А потом происходило покушение, и дальше всё шло по одному сценарию: сначала уничтожались те, кто к нему причастен. Потом – те, кто с ними так или иначе связан. Потом – близкие друзья и даже родные. А дальше уже все подряд, кто попадал под подозрение. У правителя появлялся какой-нибудь специальный отряд головорезов, которые искали возможных заговорщиков и расправлялись с ними.

— У нас есть преимущество перед этими правителями. Даже два: во-первых, я умею стрелять молниями. Это серьёзное оружие, о котором никто не знает. Во-вторых, я точно знаю год, в котором буду ещё жив: в параллельном пространстве я времени зря не терял. Подробности, сама понимаешь, рассказать не могу. Только вот всё, что произойдёт до момента, который я видел, мне неведомо. Кто знает, может, нам придётся временно спрятаться? Поэтому на всякий случай нам всем сделают другие документы. В случае опасности мы ими воспользуемся и исчезнем.

— Вы-то, может, и исчезнете, а я? Моя аталская внешность меня сразу выдаст.

— Будешь жить в волчьем облике, это не запрещено. Многие так делают по разным соображениям. В могарских паспортах, как ты знаешь, две фотографии: одна – человека, другая – волка. Я нашёл место, где мы сможем жить, пока опасность не минует. Добраться туда сложно, никто не будет нас там искать. Но есть и другой сценарий, он, кстати, более вероятный: что-то случится с нами одновременно, и мы не успеем принять меры. Тогда дети под другими документами окажутся в других семьях. В разных семьях. Я куплю им дома в других городах, эти семьи туда сразу переедут, никто не будет знать, что этих детей у них не было. По документам они будут. Там дети будут в безопасности, пока мы не сможем их забрать. Я всё тебе расскажу подробнее, когда будет точная информация. Мы сейчас продумываем, как это осуществить при разных условиях.

— Мы – это кто?

— Военные, не буду называть имён. Не нужно никому об этом знать. У них будет инструкция, что делать без наших указаний. Кодовая фраза: «С белой собакой всё хорошо».

— Что?

— Запомни её. И детям скажем: если кто-то произнесёт эти слова, значит, он знает о плане, и ему можно доверять.

— Ааа... Как всё сложно!

— Жаль, мы везде брали детей с собой, все их знают. Это проблема. Не следовало этого делать. Больше не будем их брать ни на какие мероприятия.

— Ты знаешь всё, что произойдёт в будущем?

— Я всего лишь знаю год, когда буду ещё жив. И всё. Идея с документами – попытка застраховаться от того, что, может, и не произойдёт никогда.