Книга Ветер, страница 150 – Лариса Мельникова

— Вы пришли не по адресу. Вам нужно сообщить эту информацию следователю, который ведёт дело. Я не решаю такие вопросы.

— Решаете! От вас зависит, кто будет казнён, а кто помилован. Вы можете сократить срок или выпустить досрочно. Пожалуйста, я умоляю вас! У нас конфискуют всё имущество, пусть оставят хотя бы дом! Нам с ребёнком некуда идти.

«Да ладно! Столько наворовали, и некуда идти? О чём эти люди только думают? Что все остальные – дураки? Сейчас она тут поплачет, глазками похлопает, и ей, конечно, всё оставят? Нет уж, умница: вор должен сидеть в тюрьме!»

— Я не судья. Прошу вас, уходите, не тратьте ни моё, ни своё время.

Иршалия заплакала, закрыв лицо длинными тонкими пальцами с безупречным маникюром.

— Умоляю вас, помогите! Моему сыну тоже семь, как и вашему. Он останется без отца, у нас всё заберут. Я… не знаю, как мы будем жить...

— Об этом стоило задуматься вашему мужу, когда он подписывал контракты! Если он невиновен, то сможет это доказать. Вы зря пришли ко мне.

«Вот не надо никого принимать по личным вопросам! Сколько раз говорю себе, и нет – всё равно кто-нибудь уговорит. Когда она уже уйдёт?!»

— До свидания, ваше время закончилось, – сказал вождь.

Женщина подошла ближе и тихо сказала:

— Я заплачу любые деньги, только назовите сумму! Любую сумму. Я куплю всё, что вы попросите! Давайте вечером встретимся где-нибудь: только вы и я.

Иршалия слегка, будто случайно, дотронулась до руки Равана тонким пальцем, тут же убрала руку и посмотрела прямо в глаза. Взгляд говорил даже больше, чем слова. Трудно оставаться спокойным, когда на тебя так смотрят. «А мужа ещё даже не осудили», – подумал Раван, резко открыл дверь и позвал охрану:

— Охрана! Проводите даму, наша встреча закончена.

— Будьте вы прокляты! – прошептала она, направляясь к выходу. – Вы и вся ваша семья!

Слова прозвучали зловеще – на могарском диалекте в них было много шипящих букв. Раван снова подошёл к шкафу и налил воды, она почти закончилась в графине. Рядом со шкафом висело зеркало. Взглянув в него, Раван поймал себя на мысли, что сам себе нравится.

«Ты можешь получить любую женщину, если захочешь. Хозяин Могара!» – пронеслось в голове. Тело охватило приятное тепло, сердце забилось, во рту пересохло. Ему никто не передавал эти мысли, как делают волки, – это были его собственные мысли. Сев за стол, Раван закрыл лицо руками. «Опять началось… Спокойно! Это просто мысли. О них никто не узнает, если ты не захочешь», – обратился он сам к себе, пытаясь успокоиться.

Власть вождя Могара была неограниченной – он находился над законом, мог помиловать осуждённого или, наоборот, наказать того, кого посчитает виновным, его приказы должны исполняться без вопросов. В полной мере Раван осознал это примерно спустя год после того, как стал вождём Могара. Одно слово – и судьба человека решена. Или нескольких человек. Или целого города, региона, страны. Одно ЕГО слово. Кто-то мог возразить, но это не имело никакого значения – какое дело водителю, что собака лает на машину? Потявкает и успокоится, а нет – можно переехать и поехать дальше. Как же велик соблазн уничтожить тех, кто не нравится, забрать себе, что хочется, играть с людьми, вызывая страх или, наоборот, восхищение! Права была светящаяся волчица, когда сказала, что иногда трудно отличить добро от зла.