Книга Квест Академия. Том 1 и 2, страница 90 – Марина Ефиминюк

Какое странное наваждение! Когда вернется Армас, мы получим порцию порицания и отчалим в общагу, надо бы не забыть и выпить валерьяновой настойки. Десять капель, иначе опять настигнет похмелье, а во время конца света будет нечем успокаивать нервы.

— Меня дразнили, – вдруг громко призналась Тильда. – За очки. Ты был прав, Мажор.

Мы с удивлением воззрились на девушку.

— Что? – развела она руками. – Разве у нас не вечер признаний, коль уже все оказались в заднице? Кстати, почему Ведьма называет тебя Мажором?

— Он сам себя так назвал, – фыркнула я.

— Слушайте, это ведь вы стояли под кустом, да? – с деликатностью рейнсверского игуанодона спросила Тильда. – Накатило, вспомнились прежние времена.

— Это не мы! – возмутилась я.

— И что? – в унисон уточнил Илай.

Осознав, что попались на противоречии, мы переглянулись.

— Они были не в курсе? – неопределенно указал он пальцем, намекая на команду.

— Теперь точно в курсе, – насупилась я.

Как можно запросто выложить скандальную правду? Еще немного, и он расскажет всем о том, как мы прятались в подсобке. Предатель, достойный немоты!

Напомните потом, что с Мажором ни в коем случае нельзя ходить в разведку. Никогда и ни при каких обстоятельствах. Даже если на кону будет стоять честь короны… Особенно если на кону будет стоять королевская честь! Он аристократ, значит, в измене обвинят меня.

— Так и знала, – расплылась в довольной улыбке Тильда. – Всех гложет любопытство, чем вы там занимались.

— Неправда! Мне наплевать, – немедленно вставил Ботаник.

— Всех, – многозначительно повторила она.

— Мы ругались! Это останется между нами с Эден, – хором ответили мы с Илаем.

В общем, показания снова разошлись. Своим «останется между нами» он будто нарочно пытался намекнуть, что в кустах мы отношения не выясняли, а налаживали. И весьма успешно! С чувством, с толком, с расстановкой, до задранной юбки и демонстрации трусов в горошек отряду адептов под предводительством магистра. Было бы это правдой, наверняка старичка Ранора хватил бы сердечный удар!

От любопытства Тильда заерзала на паркете, поправила очки, пригладила косы… и Бади резко произнес:

— Я был толстым!

Разговор про кусты мигом забылся. Мы вытаращились на здоровяка, крепкого, мускулистого и выносливого. Представить его упитанным мальчишкой с булочками в обеих руках и с пухлой рожицей, перемазанной джемом, было еще сложнее, чем Армаса со спрятанным за щекой леденцом.

— В детстве, – коротко добавил он, разом отвечая на все невысказанные вопросы, вероятно красными чернилами написанные у нас на физиономиях.

— А я пытаюсь взломать методичку Хилдиса, – быстро проговорила я в возникшей тишине.

Теперь все взгляды устремились в мою сторону. Друзья, судя по всему, не верили, что Аниса Эден открыла рот, чтобы выдать маленький порционный секретик, и не сказала ни гадости, ни ехидной шуточки. Что ж, даже этот крошечный секрет царапал горло и отказывался быть произнесенным. Сама не поняла, как выпалила.

— Просто… раз уж мы делимся тайнами перед повешением… – попыталась объяснить необъяснимый даже себе порыв.

— Ты же не шутишь? – медленно спросил Ботаник. В начале учебного года он не купил методичку из принципа, а теперь на собственной шкуре, не сказать чтобы очень толстой, каждое занятие испытывал, насколько мстительным может быть Торгаш Хилдис. Наверняка победителю королевских ученических турниров по мироустройству до визга обидно получать сниженные баллы. Особенно когда знаешь предмет получше преподавателя.