Книга Не злите добрую колдунью!, страница 97 – Марина Ефиминюк

— Учитель, – едва слышно забормотал школяр, следя за гостьей, – они ведь совершенно не похожи.

— С чего им быть похожими? – не поняла я. – Нет, конечно, я слышала, что у темных прислужников с годами проявляются способности ведьмаков…

— Она темная прислужница?! – Нильс едва не поперхнулся на вдохе. – Я думал, младшая сестра.

— И тебя не насторожило, что она зовет верховного «хозяином»?

— Темные очень странные, – тихонечко высказался он. – Кто знает, как у них в семье принято обращаться к старшим.

— Не знала, что порталы вызывают такой голод! – между тем жаловалась Танита сидящему напротив хозяину. – Дракона бы съела.

Она с удовольствием запихнула в рот ложку каши.

— Но у нас пока нет дракона, поэтому ты здесь, – заметила я и была одарена двумя недовольными взглядами. Вот ведь темная банда!

— Вообще, я забрала дневники из твоей комнаты и собиралась передать нарочитым, а тебе отправить письмо, – охотно рассказывала девушка с видом ребенка, ожидающего похвалы, – но ты прислал деньги. Я тут же кинулась к портальщику, купила амулет и перенеслась к тебе.

— Когда обратно? – уточнила я.

— Не знаю, – пожала она плечами. – Портал был в одну сторону.

И в кухне повисла тяжелая пауза.

— Танита, ты возвращаешься в башню Варлок, – спокойным голосом объявил ведьмак.

— Когда? – насторожилась она.

— Сегодня.

— Но, хозяин! – воскликнула она, откладывая ложку. – Я же только приехала! Как ты без меня справишься?

— Не переживай, в моем доме уже есть темная прислужница, – вставила я.

— Где? – искренне удивилась девушка.

— В посудном шкафу.

Она с искренним любопытством посмотрела на массивный посудный шкаф с разноцветными витринами, словно пыталась разглядеть вредную тетушку, засевшую внутри.

— Госпожа темная, а она там спит стоя? – видимо, впечатлившись тем, что мне удалось впихнуть целую прислужницу в полку, она вдруг перешла на официоз.

— Светлая, – поправила я.

— А?

— Шкаф одержим нечистью. Она вообще не спит, – перебил нас Фентон, очевидно, не желающий, чтобы Танита узнала подробности нашего, так сказать, жизненного казуса. – Ты доела? Почтовый дилижанс уходит после обеда. Умойся и переоденься, а то смотреть на тебя больно.

— А что тебе не нравится? – нахально вопросила она.

— Ты похожа на дрессировщика драконов, – не заботясь о женской самооценке, рубанул он.

— Вообще-то, это был твой плащ, – обиделась явно задетая Танита и, сунув руки в глубокие карманы, нахохлилась как воробей. – И других вещей у меня с собой нет.

— Ты приехала без всего?

— Я приехала с дневниками! – огрызнулась она и буркнула себе под нос: – Хочешь как лучше, а ты вечно всем недоволен.

Возникла странная пауза. Фентон посмотрел на меня долгим взглядом, полным душевной боли человека, вынужденного мириться с норовистым характером ершистой девчонки.

— Агата… – впервые с момента знакомства он называл меня по имени. Видать, совсем отчаялся.

— Так и знала, что этим все и закончится, – вздохнула я.

Этот мужик, прости господи, прихватил мой дар, вломился в дом, а теперь просил снять последнюю рубашку. Действительно последнюю! Остальная-то одежда еще сохла на веревке после вчерашних постирушек, а штаны, похоже, Дюк утащил к себе в сарай. Надеюсь, не в качестве корма.

Мешковатое мужское платье и густо намазанные черной краской глаза действительно ловко скрывали возраст Таниты. Отмытая и переодетая в коротковатое платье, из-под которого торчали мужские остроносые сапоги, она выглядела совсем юной. Симпатичная худенькая девушка лет восемнадцати, страшно недовольная тем, что ее лишили брюк.