Книга Моя милая ужасная невеста, страница 25 – Марина Ефиминюк

— В полшестого утра? – въедливо уточнила мама.

— Я жаворонок, – ответил он.

Закари, не хочу тебя расстраивать, но мы не жаворонок и не сова. Ты дятел, а я канарейка, раз нас накрыли в самом финале.

— Если доброго утра вы друг другу пожелали, то прощайтесь до завтрака, – предложила мама, как будто чуточку смягчившись.

— Мы с Мартой хотели вместе встретить рассвет, – выдал Закари.

— Но уже передумали, – немедленно отказалась я от сомнительного удовольствия таращиться в небо из обсерватории, которая вообще-то находилась на самом верху гостевой башни. Вроде как проводила любимого до покоев. – Встретимся на завтраке, Закари. Да?

— А давай устроим пикник на свежем воздухе? – предложил он. – В замке отличные виды.

Да что тебя, как гулящего кота, на улицу-то тянет, потомок демона? Ненавижу есть на холоде! Но любовь с Закари Торстеном, что называется, сама себя не изобразит. Пострадать всего один денечек, а вечером мы вернемся в академию, и дело в шляпе. Главное, чтобы шляпа не оказалась с дырами.

— Чудесная идея. – Я растянула губы в сложной улыбке. – Попрошу собрать перекус и горячий кофе.

— Тогда встретимся в девять, – предложил Закари и кивнул моей матери: – Хорошего утра, Беата.

Сунув руки в карманы, он начал спускаться по лестнице. Перед поворотом оглянулся со сверкающей улыбкой и махнул рукой, дескать, не надо меня провожать. Оставалось закрыть дверь и быстренько вернуться в кровать.

— Одно странно, – нахмурилась мама, – почему он был одет во вчерашний костюм?

— Всю ночь гулял по замку, – сочинила я на ходу и, помолчав, добавила: – А потом заблудился.

— Может, его надо проводить?

— Темные прислужники уже встали. Доведут, – уверила я и широко зевнула.

Терпеть не могу ранние пробуждения, а пробуждения после неспокойной ночи – еще больше! В такие отвратительные дни очень хочется нести в мир благодать в духе светлых чародеев, а тем, кто не успеет убежать, сверху припечатывать темными проклятиями.

И казалось, я только прикрыла глаза, как южная башня содрогнулась от зубодробильного звона пробуждающего артефакта, способного возродить к жизни всех окрестных мертвецов. В панике я подпрыгнула на кровати и диковато огляделась вокруг. В окно струился солнечный свет. Мамы не было.

Видимо, перед выходом она настроила время подъема и с хитростью, достойной истинной ведьмы Варлок, оставила открытую шкатулку на туалетном столике. Знает мою привычку прикрыть артефакт и счастливо дрыхнуть до победного конца. В смысле, до того времени, когда уже не имеет смысла никуда торопиться – все срочные дела напрочь… проспаны.

Соскребшись с кровати, я доковыляла до источника раздражающего звона. Стрелки круглого циферблата на дне адской шкатулки были поставлены на половину восьмого. В общем, подремать удалось всего пару часов. С чувством захлопнув крышку артефакта, я вернула в покои хрупкую тишину и потащилась в ванную комнату приводить себя в порядок.

Стук в дверь застал меня в тот момент, когда почтовик мягким голосом Айка спрашивал, когда я вернусь в Деймран. С проворностью, явно достойной лучшего применения, хлопнула ладонью по хрустальному шару и не успела ответить, что буду сегодня вечером.

На пороге стоял Фергюсон, высокий и худой лакей в серой ливрее с вышитым золотом оскаленным драконом – гербом ковена Варлоков. Фергюсон давно отслужил положенный магическим договором срок, но остался жить в замке и по-прежнему носил форму темного прислужника.