Книга Драконье счастье, страница 84 – Марина Ефиминюк

К острову я перебиралась в предчувствии больших неприятностей. На меня накатывали волны дрожи то ли от холода, то ли от нервов. Медленно с гор на озеро надвигалась темнота. Драконы исчезли, должно быть, вернулись во дворец. Киан, одетый в простые штаны и рубаху, ждал моего возвращения на узком деревянном пирсе. Я издалека заметила его высокую, поджарую фигуру.

Лодка причалила, несильно чиркнув корпусом по краю деревянного настила.

— Пусть ветер омывает твои сильные крылья, сын кейрима Йорна, — поприветствовал его по всем правилам паромщик.

Муж сдержанно кивнул и протянул руку, чтобы помочь мне выбраться из лодки. Было странно игнорировать его, по воробьиному нахохлившись на лавке, когда он молчаливо приказывал вылезать. Поднявшись, я сжала его раскрытую ладонь ледяными пальцами.

Рывком Киан поднял меня на пирс и вдруг заключил в тесные объятия. От неожиданности я уткнулась носом в крепкую грудь. От Киана пахло холодным ветром и горьковатым ветивером, сильные руки стискивали мои плечи, щека прижалась к взлохмаченной макушке.

— Думал, с ума сойду, пока искал тебя, — хрипловато проговорил он на эсхире. — Решил, что с тобой случилась беда.

— Да я поесть вышла, — пробормотала я.

— Я точно поседел.

Кое-как вывернувшись, я подняла голову и посмотрела в его лицо. Спутанные серебристые волосы, как всегда после превращения, были пронизаны прядями на несколько тонов темнее и лезли в глаза.

— Нет, ты по-прежнему молод, — уверила я. — Если что, говорят, седина украшает мужчину.

— Украшают мужчину шрамы, — перешел он на валлейский, и в голосе прозвучала знакомая ирония. — А седина намекает, что у мужчины крайне самостоятельная жена.

— Очень злишься на меня, да?

— Очень.

Он выглядел серьезным, но в глазах отражалась улыбка. И, похоже, облегчение.

— Честное слово, я на часок отлучилась поесть, — уверила я. — Потом собиралась вернуться и дальше думать о плохом поведении.

Секундой позже муж накрыл мои губы поцелуем, сразу глубоким, умелым и по-взрослому чувственным. Одна ладонь легла мне на затылок, второй он придавил талию, заставив вжаться в его тело, хотя казалось, что теснее мы не могли стоять. Язык Киана проник ко мне в рот, голова закружилась, и показалось, будто деревянный настил закачался под ногами, как легкая лодчонка на воде.

Уверена, мы нарушили все немыслимые правила и традиции, когда со всей возможной отдачей целовались на глазах у подданных. В смысле, у одного подданного. Но когда нам удалось оторваться друг от друга, паромщик стоял спиной и лицезрел прекрасные виды на отвесные скалы.

— Все еще злишься? — тихо спросила я.

— Уже меньше, — губы мужа дрогнули от улыбки.

Пока он что-то тихо обсуждал с паромщиком, я отвернулась и аккуратно проверила руку. Брачные метки по-прежнему не появились. Между тем Киан забрал тяжелую корзину со снедью, и лодка начала отплывать от причала.

— Разве мы не возвращаемся во дворец? — удивилась я.

— Тогда что будет стоить мое слово? — справедливо заметил он и спокойно зашагал в сторону башни.

— Да я не против, — нагнав его, затараторила я. — Здесь очень тихо. Просто отдых в пансионе для благородных девиц, а не ссылка. А ты когда улетаешь?

— Я останусь здесь.

— Отсиживать назначенное тобой наказание и думать о плохом поведении? — Я даже не пыталась скрыть иронию.