Книга Драконье счастье, страница 38 – Марина Ефиминюк

Мы загрузились в лодку и отплыли от берега. Оттави присматривал за служанками, весело щебечущими на носу, а Фрейз, серьезный и напряженный, сидел напротив меня посередке. Видимо, следил, чтобы не перевалилась через борт. С берега озеро обманчиво казалось теплым, а на самом деле вода дышала холодом.

— Фрейз, — тихо позвала я здоровяка, и тот молча кивнул, — сколько здесь кейримов?

Он показал один палец.

— Всего, — произнесла я на валлейском, потому как такие высоты драконьего языка еще не познала. Для полноты понимания в воздухе нарисовала руками неровный круг, мол, интересуюсь совокупной численностью владык.

Страж задумался и выдал какое-то число. Я одарила его выразительным взглядом. Он вздохнул и начал загибать пальцы, произнося названия островов:

— Скар, Винд, Холт, Дрэк, Нотт…

На уроках географии в лицее нас заставляли наизусть учить эти названия. В голове прозвучал скрипучий голос старого географа: «Запоминайте, девицы! Запоминайте как считалочку!» А я не знала, как жизнь повернется, и запомнила только Фьорет и Яркр. Второй — за причудливое сочетание звуков, очень уж название смахивало на ругательство. Бранная-то речь мне всегда легко давалась.

На десятом пальце Фрейз запнулся, посмотрел куда-то мне за плечо тоскливым взором и начал подсчет заново. На третьей попытке он сдался и буркнул:

— Много.

— Столько? — Я развела ладони, обозначая размер этого «много», но Фрейз молча покачал головой и свел мои руки на незначительное расстояние. — Ясно, бабулька в пролете.

Через некоторое время мы добрались до берега. Возле открытых дверей башни меня поджидали слуги. Пришлось преодолеть очередную церемонию из поклонов с ритуальными приветствиями, и я наконец вошла в последнюю обитель своей добрачной жизни.

Внутри оказалось тесно, прохладно, пахло курениями и сияло чистотой. Грубую кладку прятала фактурная штукатурка, с тяжелой потолочной балки спускалась бронзовая лампа на десяток свечей, но совершенно пустая. Но больше всего меня заинтересовала лестница, ведущая в комнату невесты, а дальше — на крышу.

С этой лестницей был связан целый свадебный ритуал. Женщины пели, невеста церемониально поднималась наверх, отпирала дверь ключом и, готовенькая к новой жизни, ждала мужа-дракона. Похищение отрепетировать Киан отказался, зато потренировать подъем по священной лестнице мне никто не запретит.

Слуги, готовившие башню к моему приезду, отбыли на лодке в поселок, и я объявила своим сопровождающим:

— План такой: песня, лестница, ключ и это… — Слово «крыша» вылетело из головы, так что я потыкала указательным пальцем вверх и звонко хлопнула в ладоши: — Приступим.

Оттави нахмурился и скрестил руки на груди. Фрейз склонил голову набок и посмотрел на меня так, словно ему загадали странный ребус. Одна горничная беззвучно похлопала в ладоши, вторая с самым серьезным видом кивнула. Никто не сдвинулся с места.

— Не поняли, что ли? — пробормотала я и повторила на эсхире: — Ключ! Дверь и это…

Теперь они дружно проследили за моим указательным пальцем.

— На крышу? — догадался Оттави.

— Да!

Внезапно случилась заминка. Все четверо принялись задумчиво переглядываться.

— Вы ключ, что ли, не взяли и отпустили народ? Да вы издеваетесь! — возмутилась я на валлейском. — Мне завтра, на минуточку, надо в полдень на крыше стоять, а у нас ключа от чердака нет!