Книга День правды и лжи, страница 171 – Мари Вудс

«Идиоты в этом мире не выживают», — вспомнилось мне, когда пещера начала раскладываться на кадры, как в старом кинопроекторе. Щелчок — передо мной Маг Фейри со свечой в руке. Алые волосы полыхают среди приглушённых тонов пещеры.

Следующий кадр: вижу, как двигаются его губы, но не слышу слов. Моё внимание устремлено туда, откуда он вышел. За ним опадают плети цветов, закрывающие часть пещеры от посторонних глаз.

В новом кадре — женщина и мужчина на усыпанном цветами ложе. Голова женщины свесилась с постели. Длинные рыжие волосы разметались по полу. Алебастровая кожа — на белоснежных лепестках вальмерий. Это от них у меня закружилась голова — я ненавижу этот запах жертвенных цветов.

Тонкие пальцы женщины зарываются в светлые волосы партнёра сверху. Красивое лицо искажено дикой страстью. Одновременно до меня доходят звуки. Её стон и голос стоящего передо мной Фейри. Он говорит:

— Королеве больше не нужна услуга Эгерии.

Я разворачиваюсь и иду к выходу.

Как странно — почему самые чудовищные догадки обычно оказываются правдой?

Я думала об этом, пока шла со стражами обратно к лодкам. И пока небо над моей головой тонуло в речной воде, по которой мы плыли. Когда ворота за моей спиной захлопнулись, я сняла кольцо — и Магия выдернула меня из Кайер Иса. Любовь приходит упавшими небесами. И проходит так же.

Я посмотрела наверх. И с этой минуты знала точно — той, кем я буду после, я стану этой зимой, в прохладный снежный день. Под пустым безразличным небом, на котором не было звёзд.

Прохожие обходили затянутую в кожу девушку, стоящую с запрокинутой головой посреди улицы. Снегопад ещё не кончился. Снежинки продолжали падать, кружась в свете фонарей. Скрывая под снегом всё — даже воспоминания о любви, которые оказались не настоящими.

Сколько ты ещё будешь тут стоять, рассыпаясь на бессильные атомы отчаянья и льда? Иди в дом. Попытайся избавиться от тошнотворного чувства, которое возникает при мысли о Кристиане и Королеве Кайер Иса. Вымойся от песка и вони, наконец!

В гостиной было темно и пусто. Думать, где хозяин квартиры, не хотелось. Я прошла в ванную, стянула через голову одежду и бросила её в душевую кабинку. Следом бросила мокасины. Стянула бельё. Выставила вперёд руку — одежда от брошенного мной фаербола вспыхнула, как сухая трава. Магический огонь впился в материю, превращая пропитанную эликсиром кожу в горячий пепел.

Эта куртка из гослинговой кожи на Эламрасе обошлась мне в семнадцать тысяч квартов. Она могла прослужить полэона лет. В комнате теперь пахло дымом. Я завернулась в полотенце, чтобы открыть окно.

Сайласа я не услышала — скорее почувствовала. Он появился за моей спиной и смотрел, как догорает одежда. Потом сделал полукруг и остановился между мной и затухающим пламенем. От него пахло миром, из которого он пришёл. Демонами и кровью. Но даже это показалось мне менее отвратительным, чем запах вальмерий, ещё чувствующийся на мне.

Взгляд, которым он смотрел, был пронзительным и тяжёлым.

— Зачем ты устроила пожар в моей душевой кабине? — бросил он, обернувшись к огню. Слова тотчас поглотила тишина, забившая ватой мою голову.

— Где ты была? — на этот раз голос был резким, но недостаточно, чтобы пробиться сквозь тишину, окружившую меня, подобно толще воды.