Книга Прайс на тело, страница 19 – Виктория Авантюрин

«Я всё помню, сука.»

— Это что, твои фанаты? — ехидно улыбнулась Луиза, протягивая венок Амелии. — Признание? Или предупреждение?

У Амелии перехватило дыхание. Сердце упало куда-то в живот.

— Ты… что?..

Но она не успела договорить.

Рука Луизы резко схватила её за шею, с силой впечатав в дверной косяк. Холодные ногти впились в кожу. Амелия задыхалась.

— Почему ты не берёшь трубку?! — процедила Луиза сквозь зубы. — У тебя заказ. Ты мне должна. Ты работаешь на меня. И когда я звоню — ты отвечаешь. Будь ты в сортире, на кладбище, под клиентом — ты отвечаешь, мразь. Поняла?

Амелия с трудом вырвалась и ударила Луизу по руке.

— Отвали от меня! Это не твоё дело!

Луиза даже не дернулась. Только спокойно открыла телефон, пару свайпов — и повернула экран к ней.

Видео. Снято с камеры где-то в номере. Постель. Амелия. Она. Мужчина. Всё. До последней детали.

Амелия отпрянула, лицо налилось кровью, как будто кто-то ударил её изнутри.

— Пожалуйста… — прошептала она.

— У меня есть номер твоей матери. — Луиза говорила почти нежно, почти ласково. — Только пискни ещё раз — и она это получит. И поверь — это будет только начало. Я умею быть изобретательной. Хочешь остаться без будущего? Без семьи? Без Паши?

Амелия смотрела в глаза Луизы и впервые поняла: она в клетке. И даже если решится бежать — цепи всё равно потянутся за ней. И рано или поздно… задушат

Павел сидел в кабинете своего отца.

Кожаное кресло чуть скрипнуло, когда он откинулся назад, уставившись на стол, заваленный бумагами. Здесь всё осталось нетронутым с того дня, как отца увезли. Ни одна вещь не сдвинута. Будто он просто вышел покурить. Но воздух пропитан другим — тяжёлым, давящим, как будто сам кабинет сопротивляется чужому прикосновению.

На столе — старый кнопочный телефон. Павел включил его, дождавшись слабого сигнала и медленного появления меню. Контакты. Их почти сотня, но далеко не все с нормальными именами. «Ветер», «Шестой», «Адв.†», «Луиза?», «С.Я. (ночь)» — он пролистывал их, будто надеясь случайно наткнуться на разгадку.

Рядом лежал кожаный блокнот. Привычный, тёмный, с поцарапанной обложкой. Павел открыл его и сразу узнал отцовский почерк — угловатый, сжатый, как будто писалось на бегу:

> Пятница. Луиза? 90 % / См. девушкуРадмир — не трогать пока. Подтянуть материалыГаш на запад? Молчать. П. ничего не знать

«П» — это он? Он перечитал фразу снова. Пальцы сжались в кулак. А на следующей странице — заметки, инициалы, странные стрелки, схема. Под ней вложено что-то. Фото. Зернистое, с камеры наблюдения. Женская фигура в платье, на каблуках. Никакого лица. Но Павел не знал. Он не знал, кто это.

Он медленно выдохнул и посмотрел в сторону стены, где висела старая фотография: его отец и какой-то человек в форме, с лицом, наполовину скрытым тенью. Подписи не было.

> — Что ты, чёрт возьми, хотел этим сказать?.. И зачем всё это — мне?

Он вызывает секретаря. Тот входит с планшетом в руках, сдержанный, как всегда.

— Мне нужно знать, чем отец занимался в последний месяц, — коротко бросает Павел. — Какие контракты подписывал? Кто присутствовал? Даты, партнёры, суммы.

Секретарь молча кивает и что-то быстро набирает на экране.

— Пароль от его компьютера знаешь? — Павел смотрит прямо.

— Да, но он недавно сменил. Только айтишник может сбросить.