Книга Предатель. Ты меня не сломаешь, страница 2 – Юлия Обручева

— Тебя, солнце мое. Только тебя, — шепот Сергея бьет меня под дых.

Отклеиваюсь от стены. Изо всех сил сжимаю виски и мотаю головой, в надежде стряхнуть наваждение.

Потому что я уверена, что сошла с ума, и это галлюцинация. Уремическая интоксикация. Бред. Иначе просто быть не может.

Я делаю шаг к двери в спальню. Потом еще один. Пол под ногами кажется зыбким, как болото.

Толкаю дверь кончиками пальцев. Она поддается бесшумно.

Мой муж и моя сестра не видят меня. Они слишком заняты друг другом.

Сережа нависает над ней, целуя шею, а Лиля… Моя младшая сестренка, которой уже исполнилось тридцать, и которую я вытащила с того света, сейчас выглядит воплощением жизни.

Ее кожа розовеет от удовольствия, глаза блестят.

Она здорова и полна сил.

Моя почка работает идеально, очищая ее кровь и давая ей энергию, чтобы спать с моим мужем.

Взгляд цепляется за серповидный шрам на ее боку. Тонкая белая полоска, почти незаметная теперь. След моего дара.

Перевожу взгляд на свои руки. Серая, пергаментная кожа. Синяки от уколов.

Я — ходячий труп, подключенный к аппарату гемодиализа три раза в неделю, потому что моя единственная оставшаяся почка не справилась. Внезапная инфекция сожрала ее за считанные дни после операции, оставив меня инвалидом.

Я подарила сестре жизнь, а себе оставила жалкое существование.

И самое противное, что я все равно ни о чем не жалею.

Вернее, не жалела до этого момента.

— Ты такой горячий… — стонет сестра, выгибаясь навстречу его рукам.

— А ты такая живая, Лилька. С тобой я дышу полной грудью, — шепчет он.

С ней он дышит. А со мной, получается, задыхается?

От запаха лекарств? От вида моей отечности?

Хочу закричать, разбить что-нибудь, вышвырнуть их вон. Но вместо крика из горла вырывается только жалкий, сдавленный всхлип.

Сережа замирает.

Медленно, словно в страшном сне, он поворачивает голову. Его глаза встречаются с моими.

В них нет любви. На секунду в них вспыхивает испуг, который тут же сменяется чем-то худшим. Раздражением.

— Марин? — он не пытается прикрыться, лишь лениво натягивает простыню на бедра Лили. — Ты же должна была быть на процедурах до восьми.

— Врач отпустил пораньше, — мой голос кажется мне мертвым. — Давление упало.

Лиля приподнимается на локтях. Ее щеки пылают румянцем, который должен был быть моим. Она смотрит на меня не с раскаянием, а с вызовом.

— Ну вот, — вздыхает сестра, откидывая волосы назад. — Я же говорила, что надо было подпереть дверь стулом.

Она окидывает меня оценивающим взглядом и неторопливо, не скрывая превосходства выдыхает.

— Вечно ты все портишь, Маринка. Даже умереть спокойно не можешь, чтобы не мешать другим жить.

Глава 2

Марина

Слова сестры не просто ранят. Они высасывают воздух из комнаты, оставляя вакуум, в котором звенит тишина.

— Умереть спокойно? — переспрашиваю я. Губы не слушаются, они словно заморожены. — Лиля, я отдала тебе свою почку, чтобы ты жила. А не чтобы ты...

— Ой, только не надо снова включать этот режим святой мученицы, — морщится Лиля, словно от зубной боли.

Она потягивается, демонстративно откидывая одеяло, и я вижу свое тело. Точнее, его здоровую, улучшенную версию.

Гладкая кожа, ни одного синяка, упругая грудь.

Никаких катетеров, никаких шрамов, кроме того, что прочерчен сбоку от живота.