Книга После нас, страница 50 – Катерина Затула

Она долго смотрела мне в глаза. Будто пыталась понять, остался ли перед ней тот человек, которого она когда-то знала. Потом медленно отступила в сторону. Я вошёл, сгрузил пакеты на пол и в ту же секунду из глубины квартиры донёсся детский смех. Я замер. Впервые в жизни я услышал смех собственной дочери. Что-то болезненно сжалось внутри.

Катя молча пошла в сторону гостиной, я двинулся следом. На ковре были разбросаны игрушки. Посреди комнаты сидела Алиса. Она пыталась поставить один кубик на другой. Конструкция упала. Она нахмурилась и снова начала строить. Я остановился и просто смотрел. Она была совсем маленькая. Гораздо меньше, чем показалась мне вчера. Тёмные кудряшки падали на лоб. Маленькие пальцы неуклюже перебирали кубики. Она так старательно пыталась удержать эту дурацкую башню, словно ничего важнее сейчас не существовало. У меня перехватило дыхание. Это была моя дочь.

Катя тихо позвала её:

— Алиса…

Девочка сразу подняла голову и улыбнулась ей. Потом заметила меня и улыбка исчезла. Несколько секунд она просто смотрела на меня огромными карими глазами. Такими же… Как у меня самого. Охренеть.

Она медленно поднялась на ноги, сделала шаг назад и крепко обняла Катю за ногу. Испугалась. В груди неприятно кольнуло. Конечно. Для неё я был просто чужим дядькой. Каким-то незнакомцем, который только что вошёл в дом. Так и должно было быть.

Катя осторожно погладила дочь по волосам.

— Алиса… Это Никита.

Девочка ничего не ответила. Продолжала смотреть на меня. Я медленно присел на корточки. Теперь наши взгляды были почти на одном уровне.

— Привет.

Голос неожиданно прозвучал тише, чем я ожидал. Алиса ещё крепче прижалась к Кате, потом осторожно выглянула из-за её ноги, показала на меня пальчиком и тихо спросила:

— Дя?

У меня болезненно сжалось внутри. Всего одно короткое слово. Но оно ударило сильнее всего, что Катя сказала мне вчера. Потому что другого вопроса быть не могло. Для Алисы я был просто чужим. Незнакомым человеком, который зачем-то пришёл в её дом. Я медленно выдохнул.

— Нет…

Собственный голос прозвучал хрипло.

— Не дядя.

Катя резко вскинула на меня взгляд. Она уже поняла, что я собираюсь сказать. Едва заметно покачала головой и процедила:

— Не вздумай.

Я даже не посмотрел в её сторону.

— Я Никита.

Алиса продолжала внимательно смотреть на меня. Потом перевела взгляд на маму, словно спрашивая, кто это вообще такой. Катя спокойно погладила её по голове.

— Алиса…

Она не договорила. Я резко перебил её.

— Не надо.

Катя медленно повернулась ко мне.

— Что?

— Не надо за меня говорить.

Она несколько секунд молчала и смотрела на меня. Потом холодно ответила:

— Ей полтора года. Она не понимает, что происходит.

Внутри снова начала закипать злость. Я встретился с ней взглядом.

— А по чьей вине она не понимает?

Повисла тишина. Катя ничего не ответила. Я снова посмотрел на Алису. Она уже не пряталась, просто рассматривала меня. Серьёзно. Любопытно. Я медленно протянул руку. Не к ней, к плюшевому зайцу.

— Можно посмотреть?

Алиса крепче прижала игрушку. Я едва заметно кивнул.

— Понял. Не дашь. Правильно. Я бы тоже не дал.

Катя посмотрела на часы.

— Зайка… — она улыбнулась дочери. — Пора кушать.

Алиса даже не подняла головы. Продолжала сосредоточенно смотреть на меня, потом переключила внимание на башню и ладошкой толкнул ее. Башня тут же рухнула. Она недовольно нахмурилась.