Книга После нас, страница 25 – Катерина Затула

Я повернулся, поднял взгляд и в ту же секунду замер. На втором этаже, у стеклянного ограждения, стояла светловолосая женщина. Я только видел её со спины. Белая рубашка, светлые волосы, рассыпанные по плечам. Взгляд сразу остановился именно на ней. Она чуть наклонилась вперёд, разговаривая с продавцом. В этот момент она одним движением убрала волосы за ухо. Я узнал её раньше, чем увидел лицо. У меня внутри будто что-то коротко оборвалось. Нет, не может быть. Она медленно повернулась вполоборота, и я увидел профиль. Катя.

— Никита Владимирович?

Я не сразу понял, что ко мне обращаются.

— Простите?

— Ножницы.

Мне протянули серебристые ножницы. Я автоматически взял их, но взгляд всё ещё был наверху. Там. Где только что стояла она.

— Камеры готовы.

Я машинально кивнул. Вокруг кто-то продолжал говорить о перспективах проекта, о современных технологиях. О том, как важно создавать новые пространства для семей. Я не слышал ни слова.

Катя. Она была здесь. В Москве. Не в воспоминаниях, не во сне, не на фотографии. В двадцати метрах от меня.

— Никита Владимирович, пожалуйста, ближе к ленте.

Я сделал шаг вперёд и снова поднял взгляд наверх. Она всё ещё стояла там. Теперь уже смеялась над чем-то, что говорил продавец. Такая же красивая. Нет… Ещё красивее. Будто этих двух лет вообще не существовало.

— Три… Два… Один…

Щёлкнули десятки камер. Я машинально разрезал ленту, раздались аплодисменты. Кто-то пожал мне руку, потом ещё один, ещё. Я автоматически улыбался, кивал, благодарил. И всё это время продолжал искать её взглядом.

Она сделала несколько шагов вдоль галереи, затем скрылась за колонной. Через секунду появилась снова. Я уже собирался двинуться в её сторону.

— Никита Владимирович, буквально два вопроса.

Журналист. Я перевёл на него холодный взгляд.

— Быстро.

— Какие ещё подобные проекты планирует реализовать ваш холдинг?

Я ответил первое, что пришло в голову. Что-то про социальную ответственность, про развитие городской среды, про инвестиции в будущее. Не помню ни слова из того, что сказал. Потому что в этот момент снова посмотрел наверх.

Её уже не было. Я почувствовал, как внутри всё неприятно сжалось.

— На этом всё?

Журналист удивлённо кивнул.

— Да…

Я сразу повернулся к Максиму.

— Где выход на второй этаж?

Он непонимающе посмотрел на меня.

— Что?

— Второй этаж. Думай быстрее! Где ближайший эскалатор?

— Прямо за…

Договорить он не успел. Я уже шёл туда. Максим догнал меня у эскалатора.

— Никита Владимирович, организаторы приглашают вас посмотреть…

— Пусть начинают без меня.

— Но…

— Максим, ты плохо слышишь? — рявкнул я.

Он сразу понял, что спорить сейчас не стоит.

— Хорошо.

Я быстрым шагом направился к эскалатору и бегом поднялся наверх. Первое, что увидел, — длинную галерею магазинов. Люди, дети, коляски, несколько десятков посетителей. Катя словно растворилась. Я медленно пошёл вперёд, машинально оглядывая витрины и посетителей внутри. Детская одежда, магазин игрушек, книжный. Нигде. Может, показалось? Нихрена. Я слишком хорошо её видел.

Я дошёл до поворота, уже собирался развернуться обратно. И вдруг… Впереди мелькнули знакомые светлые волосы. Она выходила из магазина, в одной руке — несколько небольших пакетов. Другой она придерживала маленькую девочку, которая то отпускала её ладонь, чтобы посмотреть по сторонам, то через пару шагов снова цеплялась за неё. Катя что-то сказала ей, девочка звонко рассмеялась. Я замер.