Книга После нас, страница 177 – Катерина Затула

— Катя, — хрипло произнёс он. — Я приревновал тебя.

— Это не оправдание.

— Я не оправдываюсь.

Его ладони медленно скользнули вверх по моему животу и накрыли грудь. Никита сжал её, провёл большими пальцами по затвердевшим соскам, а затем зажал их между пальцами. Я судорожно вдохнула и вцепилась в край столешницы.

— Азаматов…

Он снова поцеловал меня в шею и повторил движение — чуть сильнее. Между ног мгновенно стало горячо. Злость никуда не исчезла, но теперь к ней примешалось желание, от которого мысли начали путаться. Пальцы Никиты вдруг замерли. Он ещё раз ощупал грудь поверх халата, будто только сейчас понял, что именно находится под тонким шёлком.

— Ты в бюстгальтере?

— Нет, тебе показалось.

Никита резко развернул меня к себе, одним движением распустил пояс и распахнул халат. Его взгляд остановился на моей груди, задержался на затвердевших сосках под прозрачным кружевом, а затем медленно, с неприличным вниманием заскользил ниже: по ремешкам на талии, обнажённому животу, тонким полоскам на бёдрах. На его щеке дёрнулась мышца, но он продолжал молчать.

— Что? — не выдержала я.

Его глаза медленно потемнели.

— Это что за блядство, Аверина?

— Тебе не нравится?

Он поднял на меня тяжёлый взгляд.

— Мне очень нравится.

Большой палец Никиты провёл по соску через кружево. Затем он зажал его между пальцами и медленно перекатил, не сводя глаз с моего лица. Я резко вдохнула. По телу прошла горячая волна, и грудь невольно подалась навстречу его руке.

— Ты это для меня надела?

— Вряд ли. Я так всегда хожу.

Он сильнее сжал сосок.

— Нормально ответь.

— Да, для тебя. Но после твоего допроса доступ к телу закрыт, поэтому убрал руки.

На его лице появилось выражение спокойного мужского удовлетворения, от которого мне захотелось одновременно ударить его и прижаться ближе. Вторая ладонь скользнула по ремешкам на талии, спустилась к бедру и легла на обнажённую ягодицу. Пальцы крепко сжали её.

— И вот это безобразие из двух полосок тоже для меня?

— Нет, Азаматов. А вот это уже для курьера. Но ты, как назло, пришёл раньше.

Пальцы на моей ягодице сжались сильнее.

— Ещё одна шутка про постороннего мужика — и, как только Алиса уснёт, я загну тебя на этом столе и буду трахать так жёстко, что ты забудешь не только слово «курьер», но и имена всех остальных.

От его слов внизу живота мгновенно стало горячо. Я слишком ясно представила себя согнутой над столом: ладони скользят по столешнице, тонкая полоска кружева сдвинута в сторону — хотя сдвигать там почти нечего, — а Никита, намотав мои волосы на кулак, жёстко вбивается сзади, не оставляя в голове ни одной мысли, кроме того, как глубоко он входит.

Самое унизительное заключалось в том, что именно на это я и рассчитывала, когда надевала бельё. Не на романтический ужин и разговор по душам. Я хотела, чтобы Азаматов увидел меня, потерял остатки своей хвалёной выдержки и трахнул прямо в этих двух полосках. Почти угадала. Только в моих фантазиях он не начинал вечер с допроса о Вадике и не смотрел на меня как на подозреваемую в самых тяжких преступлениях.

Я перехватила его запястье, убрала пальцы со своей ягодицы и запахнула халат. Медленно затянула пояс, окончательно скрывая от него комплект.

— Жаль, что ты просрал эту возможность в ту самую секунду, когда вошёл в мою квартиру с недовольным лицом и решил выяснить, с кем я спала.