Книга После нас, страница 140 – Катерина Затула

— Карту убери обратно.

Я посмотрела на всё ещё зажатый в ладони холодный металл.

— Не буду пользоваться.

— Это твоё дело. Пусть лежит у тебя.

Я убрала карту в сумку. Не потому, что согласилась. Только потому, что не собиралась продолжать выяснять отношения на ступенях ЗАГСа. Пусть лежит. Азаматов проследил за моим движением и коротко кивнул. Будто только что закончились переговоры, в которых он ожидаемо добился нужного результата. Ненавижу.

— Иван, подойди, — позвал Никита, не сводя с меня глаз.

Я отвернулась, делая вид, что происходящее на Тверской интересует меня значительно больше него. Ваня подошёл. Никита забрал у него Алису, достал телефон и протянул Ивану.

— Сфотографируй нас.

— Давай я вас сниму, — предложила я и потянулась за телефоном.

Никита медленно повернул ко мне голову.

— А ты куда собралась?

— Никуда. Сфотографирую тебя с дочерью.

— Встань рядом, Катя.

— Это ваш день. Вам нужна фотография вдвоём.

— Мне лучше знать, какая фотография мне нужна. — Его взгляд стал жёстче. — Это первая наша совместная фотография. Мы будем на ней втроём.

Он произнёс это спокойно, но тем самым тоном, который не предполагал продолжения спора. Я тяжело выдохнула и встала рядом, оставив между нами небольшое расстояние. Никита посмотрел вниз.

— Ближе.

— Нас и так будет видно.

Вместо ответа он обхватил меня свободной рукой за талию и одним движением притянул к себе.

— Азаматов…

— Стой спокойно.

Его ладонь медленно скользнула ниже. С талии на бедро. Пальцы сжались поверх тонкого шёлка, удерживая меня вплотную к его телу. Я резко повернула к нему голову.

— Ты что делаешь?

— Фотографируюсь со своей семьёй.

— Для фотографии необязательно хватать меня за задницу.

Уголок его губ едва заметно приподнялся.

— Это ещё не задница, Аверина.

Его рука опустилась ещё ниже. По телу мгновенно прошла горячая дрожь. Пять дней он не прикасался ко мне. Пять дней я злилась, ждала его и убеждала себя, что больше не подпущу близко. А теперь одного движения его ладони хватило, чтобы дыхание сбилось. Никита почувствовал. Я услышала его короткий довольный смешок, а пальцы на моём бедре сжались сильнее.

— Убери руку, — тихо потребовала я. — Веди себя прилично. Рядом Алиса и Иван.

— Я в курсе. — Он наклонился к моему уху, обдав кожу горячим дыханием. — Пять дней вёл себя прилично. Больше не могу. Смотри в камеру, хорошая девочка.

Щёки обдало жаром.

— Не называй меня так.

Иван кашлянул, явно стараясь напомнить, что всё ещё стоит перед нами с телефоном.

— Никита Владимирович, можно снимать?

— Давно пора.

Я повернулась к камере. Алиса сидела у Никиты на руке, прижимая зайца к груди. Его ладонь по-прежнему лежала на моём бедре, а широкая грудь касалась моего плеча. Иван сделал несколько снимков.

— Ещё, — распорядился Никита.

— Достаточно, — возразила я.

— Недостаточно, Аверина.

В этот момент Алиса положила ладошку ему на щёку. Лицо Никиты едва заметно изменилось. Привычная жёсткость ушла из взгляда, уступив место тому глубокому, сдержанному счастью, которое сегодня ему никак не удавалось скрыть. Иван успел поймать момент и сделал ещё несколько снимков. Никита посмотрел на меня. Его ладонь медленно скользнула по моему бедру.

— Теперь едем обедать.

— Мы с Алисой едем домой.

— Мы втроём едем в ресторан. Я заказал стол.