Книга Сага о принце на белом коне. Книга 2, страница 168 – Юлия Стешенко

Пикап сбросил скорость.

Ива, рефлекторно втянув голову в плечи, словно шепелявый мог заметить ее на таком расстоянии, тоже начала притормаживать. Впереди виднелась вывеска какого-то магазинчика, и можно было изобразить, что именно в магазинчик она и ехала… Но пикап вдруг резко принял вправо. Ива медленно прокатилась мимо него, вывернув голову.

Шепелявый направлялся к бару. Приземистое здание, увенчанное тусклой вывеской «Последний шанс», затаилось в тенях промзоны словно помоечный кот между мусорными баками. На площадке уже стоял десяток машин — таких же недорогих, битых жизнью рабочих лошадок. Судя по всему, клиентами бара были местные синие воротнички, желающие расслабиться после трудового дня. Ива, проскочив съезд, развернулась на ближайшем же перекрестке, вернулась и тоже заехала на стоянку.

— И что теперь? Мы пойдем следом?

Торвальд потянулся было к ручке, но Ива положила ладонь ему на бедро.

— Нет. Подождем здесь. Вряд ли это надолго.

Потому что середина недели. Завтра рабочий день. Не может же шепелявый всю ночь бухать, если потом на работу идти.

Ива, сложив на руле руки, уперла в них подбородок.

Наверное, это было неплохо. То, что шепелявый решил заглянуть в бар. Его ведь нужно будет разговорить, а пьяные люди болтливы. И внушаемы. Ива планировала надавить на шепелявого, угрожая звонком в полицию. Тем более что собственник алтаря вот он, рядышком — в любой момент может о похищении заявить. Теоретически. На практике, конечно, никакого заявления не будет. Безопасники кровно заинтересованы в том, чтобы эта история никогда не попала в официальную статистику. Но шепелявый-то этого не знает! А значит, поверит в серьезность угрозы. И расколется. Наверное. Может быть. Очень хочется думать, что расколется. Потому что других способов получить информацию Ива придумать не могла. Вот был бы у нее полицейский жетон… Ива, тоскливо вздохнув, скосила взгляд на часы. Двадцать минут восьмого.

— Как думаешь, он долго там будет сидеть? — Ива кивком указала на бар. Как будто требовалось уточнить, где именно сидит шепелявый.

— С пивом? Вечность. — Торвальд ответил таким же печальным вздохом. — А может, мы изнутри за ним проследим? Для надежности. Купим пивка, пожрать чего-нибудь…

— Хорошо бы… — Пивка Иве не хотелось, а вот пожрать было бы неплохо. — Но нельзя.

— Так мы где-нибудь в сторонке сядем. В темном углу.

— Не уверена, что там есть темные углы.

Но, может быть, там есть доставка? На мгновение Ива представила, как звонит в бар и заказывает дежурное блюдо. И пару бутылочек пива. Да, прямо на парковку. За срочность хорошие чаевые.

Стоп. А почему нет? Секретность секретностью, но что такого страшного может разболтать официант? Ну скажет он, что кто-то заказал ужин навынос. И что? Что в этом ужасного?

А, гадство. Торвальд. Вот что ужасного может разболтать официант. Увидит в машине здоровенного белобрысого мужика, поразится, расскажет об этом приятелям. А шепелявый услышит.

— Жвачку хочешь? — грустно спросила Ива, выщелкивая себе в ладонь белый кубик.

— Нет. Жвачку не хочу. Мне бы пивка…

Из бара тянуло чесноком и жареной курицей. Ветхий, как говно мамонта, рокешник сменялся фолком, фолк — блюзом, на смену блюзу снова приходил рокешник. Машин на стоянке все прибавлялось, усталые работяги стекались в «Последний шанс», как утомленные пчелы — в улей. Медленно сгущались тени, наливаясь сумрачной синевой, на тусклом небе проступили бледные искры звезд. Вечер тянулся, и тянулся, и тянулся. А шепелявый все не выходил.