Книга Мой запретный босс. Одержимость, страница 37 – Ауриния Лавр

Он говорил с такой непоколебимой верой, что мои страхи начали отступать. Он не отвернулся. Он встал на мою сторону. Без колебаний.

— Я люблю тебя, — выдохнула я.

— Я знаю, — он улыбнулся, и впервые я увидела в нем покой. — И я тебя. Теперь иди умойся. Нам предстоит долгий день. Война только начинается.

И впервые за многие годы я почувствовала не страх перед прошлым, а гнев. И силу. Силу от того, что я не одна. Что за моей спиной стоит человек, который готов ради меня на все. Даже на войну.

Мы вышли из дома вместе. Не как жертва и спаситель. Как союзники. Как команда.

И пусть Ольга думала, что держит в руках козырной туз. Она не знала, что Максим Воронов уже давно приготовил против нее целую артиллерию. И что на кону для него была не репутация, а я.

А за то, что пытались причинить мне боль, он уничтожит ее. Методично, без колебаний и не оставив камня на камне.

Кабинет адвоката Максима, Марка Цветкова, напоминал командный центр перед решающим сражением. На большом экране выводились схемы, документы, финансовые потоки. Марк, мужчина лет пятидесяти с умными, быстрыми глазами, водил указкой, объясняя нам стратегию.

— У нас есть неоспоримые доказательства шантажа: письмо, запись телефонного разговора. Этого достаточно для возбуждения уголовного дела. Параллельно мы подаем гражданский иск о защите чести и достоинства и компенсации морального вреда. Сумма — серьезная. — Марк посмотрел на меня. — Екатерина, вы готовы давать показания? Открыто?

Я кивнула, сжимая руку Максима под столом. Страх еще жил где-то глубоко внутри, но его было меньше. Теперь его место занимала решимость.

— Да. Я готова.

— Хорошо. Что касается компромата, который госпожа Захарова угрожает обнародовать… — Марк переключил слайд. На экране появилось мое заявление, но с новыми пометками. — Мы действуем на опережение. Мы сами передаем эти документы в правоохранительные органы с запросом о возобновлении расследования по новым обстоятельствам. У нас есть свидетель, который готов дать показания — бармен того заведения, который подтвердит ваше состояние и агрессивное поведение того человека. Это меняет дело.

Я ахнула.

— Откуда? Как вы нашли его?

Максим ответил, не глядя на меня, его взгляд был прикован к экрану:

— Я нанял частных детективов. Как только понял, что Ольга копает в этом направлении. Он живет в Твери. Вспомнил ту историю, потому что его тоже тогда допрашивали. Он согласился дать показания добровольно — говорит, что помнит тот вечер и готов подтвердить. Его показания меняют все.

Я была потрясена. Он сделал это молча, не ставя меня в известность, оберегая меня от лишних волнений.

— А что с ее делами? — спросил Максим, меняя тему.

— Здесь еще интереснее, — лицо Марка озарила хитрая улыбка. — Налоговая уже заинтересовалась ее счетами. У нас есть информация о незадекларированных доходах от одного из ее офшоров. Довольно крупная сумма. Плюс, у нее проблемы с лицензиями в двух новых спа-салонах. Санитарные нормы, пожарная безопасность… Все это мы аккуратно подкинули соответствующим инстанциям. Через неделю у нее будут очень серьезные проблемы. Бизнес-проблемы. Которые отвлекут ее от шантажа.

Это была война на всех фронтах: юридическом, финансовом, репутационном. Максим вел ее с холодной, расчетливой эффективностью генерала.