Книга Глубже моря любви, страница 271 – Макс Линн

— Погоня? — первым увидел шофёр, а потом и Али высунулся в окно со своей стороны — посмотреть.

— Один джип. Внутри все со стволами. Тушар, газ! Догоняют. — успел сказать он и охнул, отклонившись назад на сидение. — Снайперски палят, шайтаны!

— Вниз. — скомандовал Ашан, отстегивая мой ремень безопасности.

Теперь и я услышал отскакивающие пули от бронированного авто.

— Шеф? — обернулся Али на Ашана. Уже поднявший лежавший в его ногах компактный, недавно приобретенный, нового образца Almas-1*. — Тушар, люк.

Мне не надо было высовываться, чтобы посмотреть точные и выверенные действия Али.

«Один выстрел. Всё, что нужно. Ракета сама найдёт цель.» — подумал я, сидя согнутым позади Тушара.

Он сорвал чеку, упёр контейнер в плечо. Короткое подтверждение захвата цели — зелёный маркер моргнул и застыл на движущемся за нами джипе. Али не стал смотреть, как летит «птичка». Сразу рухнул вниз, уходя с линии огня и не подставляясь под реактивную струю, а шофер вовремя нажал на кнопку закрытия люка за ним.

Выстрел ударил по ушам. Ракета ушла по дуге и ударила точно в моторный отсек авто преследователей.

Джип будто подбросило на невидимой пружине, а потом вспыхнуло так, что на секунду ослепило солончаки и скалы.

Уже потом по зеркалу, приподнявшись, я увидел, как позади нашего внедорожника всё взорвалось разом и пылает огнём — будто земля под джипом треснула.

Первое авто сопровождения с Мехраном, Рамином, Омидом, Шахуром и Муртазой даже не успело вступить в бой и продолжало движение.

— А? Как? — буркнул с переднего сидения довольный Али, нарываясь на комплимент.

— Медаль выдам. Когда из щепки выстругаю. — пообещал, давя лыбу, Ашан.

— Слишком быстро всё произошло. Не успели испугаться. Мои герои. — вставил и я свой комментарий случившемуся, похвалив всех…

Остальной путь мы проделали лишь с одной короткой остановкой. Обсудили обстрел машины. Решили, что это местные пытались нас догнать со стороны кишлака и срубить какой-то куш...

Нас продержали на пункте пропуска на афганской стороне чуть более часа, а потом мы въехали в иранскую часть Белуджистана.

Перед этим снова пришлось проделать фокус со стволами в уже знакомом русле вади, но чуть ближе к дороге. На этот раз бойцы справились быстро.

Мне, как и было обещано, на таможне вернули весь оставленный накануне арсенал моих секьюрити. Пришлось вытребовать назад и спутниковый телефон.

Первое, что мне захотелось с неистовой силой, это набрать один из сохраненных в базе номеров Михаэлы и услышать её голос.

До такой степени захотелось, будто меня накрыло вмиг темной беспроглядной тучей и только разговор с любимой мог сейчас спасти, чтобы не раздавило неподъёмным пластом сгустившегося не влажного, а пылающего жаром воздуха.

Я потянулся к карману, куда всунул машинально спутниковую трубку, отданную офицером, — единственную ниточку к сыну и жене на этом клочке суши.

Вытащил, нажал кнопку включения — экран даже не моргнул тусклым светом, оставаясь погашенным.

— Ослы вам братья, а свиньи — близкая родня. — незлобно выругался я в адрес служащих КПП.

«Батарея села“, — мелькнула логичная мысль.

Эта вроде простая бытовая деталь ударила сейчас хлёстко по башке осознанием беспомощности, влетела «контрольным» и пробуравила сильнее любой пули: нет ни сигнала, ни шанса, ни даже секунды, чтобы сказать хоть слово тем, кто мне дороже всего. Чтобы услышать и пролить бальзамом на душу их родные любимые голоса…