Онлайн книга «Глубже моря любви»
|
Скривилась, заметив еще и непроизвольную трясучку рук и ног. Не успокоить! Ко всему добавился ненужный сюрприз: — Ой, тошнит! Схватилась скорее за рот и поспешила в туалет. Когда я, позеленевшая, вышла, ожидавшие меня продолжили: — Милана, пусть наша героиня дня после чая на этой свободной койке полежит. Пару часов, думаю, хватит. А то коньки еще от нервного срыва отбросит. Придумай, как вернуть цвет лица. Врач тихонько заржал, а я в очередной раз удостоверилась в грубости и черствости медработников. — Ну и юмор у вас, доктор! — Сейчас все организую. — отозвалась медсестра. Прежде чем оставить Томислава, взглянула на него и обрадовалась! — Смотрите, у него веки подрагивают! — заметила я, схватив от волнения хирурга за рукав... — От вашего ора, госпожа Михаэла не только веки у больного, но и все наше отделение теперь подрагивает! Не удивлюсь, если уборщица будет жаловаться на массовые очереди у туалетов. — снова хохотнул врач. — Это нормально! Скоро проснется. Вы этому поспособствовали! — Вам весело, а больному нет! Почему он не реагирует и не просыпается? Сами говорите, из-за крика мог бы выйти из комы! — Кома — это непростой сон. Чтобы вы поняли, я скажу вам образно. Из коматозного состояния некоторые пациенты выбираются так трудно, словно по скале без страховки карабкаются наверх. Некоторые много раз пробуют, но срываются. Тогда начинается их новое испытание — пробы выбраться из пропасти, куда они упали. — О Боже, помоги ему! — вырвалось у меня. — Приходите в себя! Желаю выздоровления! — Хвала пуно! — прошептала ему в ответ. После, укрывшись почти с головой и приняв позу эмбриона, в которой на боку быстрее засыпаю, смежила веки... Мне показалось, что не прошло и пяти минут. — Мишка, проснись! — затряс меня кто-то настойчиво за плечо, вырывая из только что приснившегося сна, который я тут же забыла. — Ой, как в отключке была! — констатировала факт перед удивленным бывшим свекром и, зависла на миг, размышляя, мне привиделся звонок Зхубина или я поговорила с ним сквозь дрему?! Но сосредоточиться оказалось верхом сил. Поэтому отложила на потом, еще раз набрать иранца... — Так и неудивительно! Много ночей глаз не смыкала. — трещал дальше старик. Я, словно в замедленной съемке, заставила себя проснуться до конца и встать, получив будто нокаутом сразу два херовых ощущения: резкую боль головы, там, где ушиблась, отлетев от толчка бандита, и головокружение. Последнее меня не удивило. Только что барба Иван напоминал о недосыпе. А чего сипишь? Если простудилась, то ни ногой к сыну. Не хватало, заразу занесешь.! — Нет. Это голос сел. Поеду. С вами Али в коридоре подежурит, а со мной Реза на виллу отправится. Он тоже не отдыхал. — согласилась я и встала с постели, поправляя юбку и расстегнувшуюся на груди блузку. — Иди, иди, Мишка! Как выспишься, только тогда меня сменишь, а то и на день здесь останусь. Иванне на вилле я задания дал. Пусть старается. Если что, то ты проконтролируй! Не забыла же нашу работу?! — Да, помню! До завтра. Спокойной ночи! — И тебе! В машине, арендованной нами в день прилета в Хорватию, я попросила охранника: — Реза, не говори боссу о нападавшем на Томислава в палате клинике. А главное, что он меня толкнул. Хорошо? — Поздно. Арбаб Рахнама уже знает. А о вашем падении допросил с особым пристрастием. |