Онлайн книга «Глубже моря любви»
|
Однажды, уже в Тегеране, я засиделась в беседке в саду. Укутав ноги в плед, поглядывала на безмятежно спящего на свежем воздухе Бахрама. Сегодня ночью мы отметим с его папой второй год его рождения! Я привыкла к местным традициям и спокойно соблюдаю их теперь. Как и празднование дня рождения накануне ночью... — Давно заснул? — спросил, приблизившись вплотную ко мне муж и, пощекотав щетиной по щеке, поцеловал в мочку уха. — Четверть часа только. Ты касаешься моей эрогенно зоны! Подожди, ох, мурахи побежали... — Лови! Где твой сачок?! — Прекрати, а то начну приставать к тебе прямо здесь! — Нас никто не видит, капельку побаловаться можно! Дай свою ладонь. Чувствуешь, как я по тебе соскучился?! — Нет! Мне надо много и сразу, а ты пообещал "капельку побаловаться"! — Вредина! Может быть, пойдем в дом? — Останусь! Сегодня хорошая погода. Свежо, но не холодно. — Что слушаешь? — поинтересовался Зхубин, сменяя тему разговора. — Прекрасный голос, трогающий душу... Это на французском? — Voilа, voilа, voilа, voilа qui je suis... - разносилось негромко в вечернем воздухе из моего айфона. — Ее имя Эмма Кок и она из Голландии. "Voilа"- песня Барбары Прави — французской певицы сербо-иранского происхождения. — Мне очень нравится. Иранские корни — особенно. — шутливо отозвался мой Рахнама. — Когда впервые услышала, у меня выступили на глазах слезы. И это еще до того, как я узнала о судьбе девочки, а потом нашла перевод текста песни... — Прости! — перебил меня Зхубин, принимая звонок на мобильный. — Момент! — попросил резко того, кто вторгся в нашу идиллию. — Михаэля, я отвечу. Отойду, а то Бахрам проснется. Мне нужно потом из кабинета сделать пару срочных звонков. Тебя с сыном увидел и сразу отложил, что планировал! После, когда вернусь, мы поужинаем? — Конечно. Но пока пусть он спит, а я послушаю музыку. — Скажу няне, чтобы минут через десять пришла сюда. — Хорошо, — согласилась я, включая еще раз, с самого начала концертное выступление Эммы Кок с песней "Voilа"... Утром следующего дня мне позвонила Жилка. Рассыпалась в шутливых поздравлениях с днем рождения Бахрама, а потом, как обычно, спрыгнула на другую тему: — Твоя крестница принесла из детского сада анекдот и поведала нам с Адамом. — Матерный небось? — Слушай! — Курите? — Нет. — Пьёте? — Нет. — Колетесь? — Нет. — А как же вы тогда расслабляетесь?! — А я и не напрягаюсь. — От кого Эва усваивает подобные перлы? — От ее бандитки подружки — Петронэлы! Она и моя — две рыжие и конопатые проказницы. Наши воспитательницы постоянно жалуются на них и возбухают из-за нахальства и выпендрёжа в таком раннем возрасте! — Странно! В кого же наша доченька пошла? Не припомню никого из ее близких и далеких родичей с такими хулиганистыми замашками! — Не надо метать икру и камни в мою нежную безобидную персону! — Да, ладно! Сама признавалась, что пробу негде ставить! — Тише! Адам идет! Он не знает мою теневую сторону и буйное прошлое! Так вот... Если Эвка немного тормозит, опасается нарваться на мои крики, прежде чем встрять в какую-то историю, то Петронэлка — впереди планеты всей! Мы с ее мамашей уже поняли, что стоит им продолжить дальше дружить, случится всенародный "туши свет!" Никому мало не покажется! Это будут оторвы похлеще... - она запнулась, наверное, при муже, и закончила фразу, вместо "похлеще меня": — Не знаю кого, в самые разгульные студенческие годы! |