Книга Любить меня - плохая идея, страница 83 – Чарли Ви, Саша Яр

— На то были причины.

— Причины? — я криво усмехаюсь. — Надо же. Вот и у меня есть свои причины. Отпусти меня.

Я снова тяну руку на себя, но Артём не сдвигается с места.

— Нет, — говорит он. — Макс слишком много вложил в это дело, чтобы ты взяла и так просто всё испортила.

Мы стоим друг напротив друга под приглушённый стенами грохот музыки из зала. И самое паршивое, что Бах прав. Я злюсь на его уверенность, на эту дурацкую ситуацию, но больше всего — на саму себя.

Макс реально поверил в меня, а я сейчас стою у выхода и веду себя как трусиха.

Если я сейчас выскочу на улицу, то просто докажу Баху, что он прав.

Я с силой вырываю руку, и в этот раз Артём разжимает пальцы. Он делает шаг назад, освобождая мне дорогу.

Разворачиваюсь спиной к уличной двери и шагаю обратно в душный, пропахший энергетиками и алкоголем зал.

В эту же секунду динамики взрываются плотным гитарным перебором. Вибрация проходится по стенам и отдаётся прямо в подошвах моих ботинок.

Микрофон на сцене коротко фонит, а затем гул толпы перекрывается голосом Макса:

— Здорова, «Эклипс». Мы — «Без тормозов». И сегодня мы сыграем для вас кое-что новое.

Я проталкиваюсь через плотное кольцо студентов у края танцпола. Макс стоит в центре сцены, одной рукой привычно держит гриф гитары, а другой поправляет стойку. Он сканирует толпу и находит меня почти мгновенно.

Напряжённый взгляд впивается в моё лицо.

Я обхожу колонки и подхожу к краю платформы. Макс шагает ко мне, перехватывает моё запястье и одним сильным рывком втаскивает меня на сцену.

Свет от софитов бьёт по глазам, заставляя щуриться.

Сотня людей внизу мгновенно превращается в сплошную тёмную массу, от которой волнами исходит шум.

Макс не отпускает мою руку, притягивает ближе к себе.

— Вставай к микрофону, Мишка, — негромко произносит он, игнорируя свист из зала. — И просто смотри на меня. Поняла?

Я коротко киваю. Он отпускает меня и отступает на шаг, перехватывая гитару удобнее.

Я подхожу к микрофону и обхватываю пальцами стойку. В груди становится тесно от пульса, ладони всё ещё скользкие от пота, но отступать некуда.

За спиной Стас чётко отсчитывает ритм палочками. Раз, два, три.

И пространство клуба взрывается плотными, жёсткими аккордами. Зал одобрительно ревёт.

Я делаю глубокий вдох. Ловлю взгляд Макса — требовательный, удерживающий моё внимание, не дающий мне шанса сорваться в панику. Придвигаюсь вплотную к микрофону и вступаю точно в такт нашей песне:

— Я не боюсь, я не боюсь финала.

Мой голос звучит из динамиков немного хрипло, непривычно громко, но ровно. Вроде не фальшивлю.

Макс одобрительно дёргает уголком губ, бьёт по струнам, и я крепче сжимаю стойку, чувствуя, как с каждой новой строчкой страх выветривается из головы.

— Я в твоих аккордах растворяюсь.

Я втягиваюсь. С каждой спетой строчкой страх отступает, оставляя вместо себя волну адреналина.

Музыка грохочет так громко, что вибрация отдаётся в груди.

Я смотрю только на Макса.

Он абсолютно в своей стихии — дерзкий, уверенный, подчиняющий себе весь этот хаос и толпу.

Мы стоим настолько близко, что я физически ощущаю жар, исходящий от его тела.

Его плечо касается моего, и припев мы поём вместе, в один микрофон.

Последний аккорд обрывается резко.

Музыка стихает. Делаю глубокий вдох, чувствуя, как отпускает напряжение в плечах.