Книга Подарок для рыцаря смерти, страница 70 – Дарья Верескова

* Сэр Гектор Дастон, первый рыцарь Фердинанда Второго *

Гектор не собирался красться — он слышал, что каэри уже проснулась, и хотел, чтобы она знала о его приближении. Но, видимо, они были настолько поглощены разговором, что совершенно его не услышали.

Травник Янек вздрогнул, а каэри и вовсе дёрнулась на кровати так, словно пыталась сбежать от самого жуткого кошмара в своей жизни.

Впрочем, возможно, так оно и было.

Его сила была мучительна даже для взрослых мужчин, прошедших войну, но мало кто испытывал в своей жизни столь страшные потрясения, какие довелось пережить этой каэри. Обычно те, кто попадал под удар его магии, попросту лишались разума…

Когда он напал на неё ночью, не контролируя себя, в первую секунду он решил, что ей не выжить — сердце не выдержит.

Она в буквальном смысле горела заживо, хотя огонь и не касался её тела, а душераздирающие крики слышали, наверное, далеко за пределами крепости. В тот миг он не думал о причинах, всё, чего он желал — это вытащить её из кошмара, в который сам же её и погрузил.

Гектор звал её, пытался привести в чувство, щипая за кожу, и распахнул окно, подставляя её тело потокам свежего воздуха. Какое-то время она ещё цеплялась за реальность, но вскоре воспоминания взяли верх, как это всегда и бывало, и само существование стало для каэри агонией.

Он никогда в жизни не видел, как горят люди. Тем более — так долго.

Наверное, от отчаяния и сжигающего стыда его разум начал принимать решения, о которых он раньше даже не подумал бы. Когда Жан, неожиданно оказавшийся поблизости, прибежал на её крики, Гектор рявкнул оруженосцу немедленно нести вина, а после — и виски, который они пробовали в день приезда. На вкус это пойло было отвратительным, но главное…

У него был шанс, что её разум затуманится и она не будет способна осознавать происходящее

Травника Янека ему посоветовал Винсент, когда Гектор признался, что не может держать каэри в таком состоянии. Хотя в самом начале разговора старый друг прямо сказал, что, скорее всего, ничего не поможет. Пытаясь спасти её рассудок, они могли попросту уничтожить её тело, вливая в неё такое количество непроверенных напитков.

Его парализовал ужас от осознания, что из-за него она может умереть такой юной. Умереть мучительно, раз за разом переживая самые страшные воспоминания своей жизни, увеличенные его магией многократно, не узнав в этой жизни ничего хорошего.

Позорный столб, у которого она когда-то страдала от боли, ни разу не всплыл в её памяти — настолько незначительным для неё оказался тот эпизод.

— Как она? — леди Матильда казалась по-настоящему встревоженной, хотя Гектор не был уверен, чем именно.

Состоянием здоровья его каэри или же тем, что его сила так вырвалась на свободу — в её крепости. Он никогда не терял контроля над своим даром, даже когда его держали в плену. Гектор слишком хорошо знал, насколько опасна его сила.

Как вообще такое могло случиться?!

— Вы знаете, я могу помочь, дать ей обезболивающего, укрепляющих зелий…

— Благодарю, не стоит, — холодно ответил Гектор. Его терзали сомнения, потому что вчера он выпил зелье леди Матильды, желая избавиться от этого безумного наваждения… И в эту же ночь впервые в жизни потерял контроль над своим даром. Причём всплеск был таким сильным, что он выбил несколько кирпичей в стене.