Книга Убийство в ирландской деревушке, страница 44 – Карлин О’Коннор

Шивон нервно коснулась свежей стрижки, почувствовав на ней взгляд Макдары. Затем он перевел взгляд на ее лицо, задержавшись – она заметила – на ее губах.

— Тебе идет, – пробормотал он и отвернулся.

— Спасибо.

— Давай проясним ситуацию. – Макдара снова заговорил четко и строго. – Пару дней назад в твоем бистро произошло убийство, твой брат – главный подозреваемый, и ты решаешь, что это идеальное время для стрижки?

— Главный подозреваемый? Я думала, ты просто берешь показания.

Макдара вздохнул:

— Присядь, пожалуйста.

— Нет.

— Если кровь на одежде окажется кровью Найла, Джеймса арестуют. Ты должна быть морально к этому готова.

— Но он ничего не делал. Ты ведь знаешь Джеймса. Ты знаешь, что он этого не делал.

— Ничего такого я не знаю. Как и он сам.

— В смысле?

Чего Джеймс ему наплел?

— Он говорит, что ничего не помнит. Так что не может сказать, убивал Найла или нет.

Ну почему он не мог просто держать рот на замке? Шивон хотелось убить Джеймса. Хотя, пожалуй, лучше было перестать использовать такие выражения. Но именно эти чувства она испытывала. Ей правда хотелось его убить. Она уперла руки в боки.

— Разве допрашивать надо не в присутствии адвоката?

— Он не запросил адвоката. – Макдара опустился на стул и повернулся к компьютеру, словно желая показать, что разговор окончен.

— Ты должен был посоветовать ему найти адвоката.

— У меня есть работа, которую я должен выполнять. Нравится тебе это или нет.

— Джеймс не запросил адвоката, потому что ему нечего скрывать. Неужели это ничего не значит?

— Я говорил с Декланом. Он сказал, что Джеймс и Найл сильно повздорили тем вечером. Чуть не подрались прямо в пабе.

— Но не подрались же?

— Деклан с Шеймусом их разняли. И обоих вышвырнули.

— Во сколько? Найл был в костюме?

— Я не могу сообщать тебе информацию о текущем расследовании.

— Что с того, если они повздорили? Наверное, оттуда и кровь. Но разве там не было бы больше крови, если бы это сделал Джеймс?

— На лице Найла крови не было, родная. Если на одежде Джеймса кровь Найла, она попала туда из его раны на груди.

Шивон чувствовала себя так, словно ее саму только что ударили ножом.

— Это кровь Джеймса. Из его рта. Или носа. Вот увидишь. Иначе и быть не может.

— Скоро мы всё узнаем, – сказал Макдара.

— Так это всё? Ты даже никого другого допрашивать не будешь?

— Мне надо работать, – сказал Макдара, указывая на дверь.

Шивон склонилась над столом:

— Если Джеймс убил Найла в каком-то пьяном угаре около паба, с чего вдруг ему тащить его тело к нашему бистро?

Вот этого она никак не могла понять.

— Найл мог пойти за твоим братом до дома. Мог даже в сам дом за ним ввалиться. Кто знает, может, это вообще была самооборона.

— Энн услышала бы их борьбу. Раз она слышала, как бьется стекло, то точно услышала бы драку на первом этаже. И еще раз – его не могли убить в бистро…

Макдара резко поднял голову:

— Почему же?

— Где кровь?

— Кто-то мог убраться.

— Это салон Шейлы провонял отбеливателем. Не наше бистро. И мы оба знаем, что гарды осмотрели бистро в поисках хоть капли крови. Трава в саду была примята – думаю, там его протащили. Ты уверен, что вы ничего там не пропустили?

— Вот я разве прихожу к тебе в бистро и указываю, как печь хлеб?

— Не говори так.

— Мне надо работать.