Книга Проклятая земля, страница 120 – Светлана Тюльбашева

Я видела смерть Асташова.

Настасья лежала на лавке, притворяясь спящей, шевелила губами и молилась, чтобы меня не нашли, когда свет ворвался в их дом. Она повернула голову, ее глаза расширились от ужаса, и в следующее мгновение не стало ни ее, ни ее братьев, ни сестер, ни родителей, ни спящего деда.

Павлюченков избивал никчемную, так и не сумевшую родить жену Евдокию, она лежала, скрючившись, на полу, подняла окровавленное лицо, сплюнула выбитый зуб на ладонь, посмотрела на разгорающийся за спиной мужа свет и начала хохотать сквозь слезы.

Умирающая старуха Марья Архиповна Федорова, брошенная всеми, билась в агонии на лавке и все не могла отойти. Когда в дом ворвался свет, она подумала, что то смерть за ней пришла, посмотрела на него с благодарностью и с облегчением улыбнулась.

Семья Тканевых сгорела во сне, не успев ничего почувствовать.

Трофим с Савелием в сарае доделывали лодку, заказанную городским купцом, обещавшим тройную цену за срочность, и не знали, что их родные уже мертвы. Савелий протянул молоток другу, заметил ужас на его лице, успел обернуться и увидеть, как двери сарая исчезают в белизне.

В доме Гончаровых Агафья укачивала младенца и вдруг почувствовала острую резь в животе. Она положила младенца в люльку, дотронулась до юбки и поняла, что кровь течет по ногам, что четвертого ей не выносить, что права была Таисия — они прокляты, она умрет как Марья Волошина. Живот будто ножом резали, она хотела позвать на помощь, но в этот момент свет ворвался в их дом, забрав ее дочь Глашу, и сына Прохора, и лежащего в люльке младенца, и мужа, и братьев его, и свекровь, и ее саму.

Свет ударил по холму и змеей устремился дальше, к имению Астафьевых, а за его спиной наша хижина содрогнулась и рухнула, подняв в воздух облако пыли.

В усадьбе неладное заметила только няня Мэри, совсем маленькой она видела землетрясение в Загребе и запомнила его на всю жизнь. Она почувствовала кожей далекие, едва слышные подземные толчки, в одной рубашке выскочила в коридор и побежала в комнату к детям, надеясь спасти их, уберечь, как ее когда-то уберегла няня. Свет догнал ее в коридоре и превратил в пепел.

Годовалая дочь графа Настенька лежала в кроватке, она услышала топот няниных ног, сообразила, что та сейчас к ней придет, обрадовалась и начала улыбаться. Свет показался ей похожим на искрящихся бабочек, она привстала, цепляясь за бортик, потянулась ручкой — и ее не стало.

На кровати с десятком подушек и шелковыми простынями спала графиня, она во сне повернула голову, веки задрожали от подступающего жара, и она растворилась в белизне, так и не открыв глаза.

Граф Николай Астафьев сидел в кабинете в самом конце здания, писал письма и читал журналы, пока дом спал. Он с упоением читал статью о вспышках на солнце в «Астрономическом вестнике», когда двери распахнулись и в комнату ворвался свет. Граф успел встать, подумал, что, должно быть, ему повезло стать свидетелем редкого атмосферного явления, и его не стало.

Когда с жителями усадьбы было покончено, свет полетел по тропе в Волошино и догнал уходившую из деревни семью. Прасковья Никодимовна была так стара, что помнила еще мою прабабушку. Весь день она уговаривала своих бежать в Волошино, твердила, что Таисия дурное предлагает, беда произойдет. Она увидела свет, летящий за ними по лесной тропе, и единственная из всех поняла, что происходит. «Я говорила, — обреченно подумала она. — Нам нужно было уйти раньше».