Книга Мельница ангелов, страница 67 – Андреас Грубер

Хогарт опустил плечи. Какой смысл объяснять Гареку, что он видел Линду и Дорнауэра вместе на той записи? Даже Курт мог это подтвердить — вот только сейчас он был последним человеком, которому поверят.

— Вы хотя бы сняли отпечатки пальцев у Мадлен? — спросил Хогарт.

— Ты за кого нас принимаешь, умник? Она там чуть истерику не закатила.

Хогарт легко представил, как Мадлен устроила сцену в галерее.

— И?..

— Что «и»? — передразнил Гарек. — Жена Хаузера учится живописи на курсе Линды Боман. Сестры знают Хаузера лучше, чем я или Айхингер. Мадлен сразу же позвонила ему на мобильный.

Хогарт шумно выдохнул.

— Это же абсурд. Как прокурор может вмешиваться в дело, не разобравшись в сути? Если он поручится за Мадлен, а потом выяснится, что у нее рыльце в пуху, это будет стоить ему карьеры.

— Хаузер не идиот. Они провернули это с умом, — возразил Гарек. — Похоже, он подсказал ей насчет медицинской справки. Когда поздно вечером полицейские пришли на выставку в крипту Михаэльскирхе, она предъявила справку от своего врача. У Мадлен серьезное заболевание сердца, и ее допрос пока отложен.

Это было похоже на дурную шутку. Мадлен — и вдруг сердечница. Хогарт редко встречал женщину столь крепкую, с телосложением амазонки и прекрасно тренированную. Он легко мог представить, что у нее хватило бы сил взломать ломом бронированную дверь, сбить его с ног или подвесить старика Фальтля на крюках в ванной.

— Ты все равно должен продолжать идти по следу сестер Боман! — настаивал он, обращаясь к Гареку.

— Как? — резко оборвал его тот. — У нас нет ни единого доказательства против них. А то, что наводка на сестер поступила именно от тебя, твоему брату тоже не на пользу.

Руки Хогарта по-прежнему оставались в карманах. Стиснув челюсти, он мрачно смотрел на Гарека.

— К тому же у нас сейчас просто нет людей, — продолжил Гарек. — Группу курсантов полиции отправили выяснять, какие документы были украдены из центра Дорнауэра. Они уже несколько часов сравнивают оставшиеся оригиналы с микрофишами. Айхингер штампует новых подозреваемых одного за другим. Мы проверяем всех, кто так или иначе связан с Островским и Дорнауэром: друзей, знакомых, жен, всю родню. Может, дело в наследстве, может, убийства имеют политический мотив. А может, между ними вообще нет связи. Убийство Островского, кстати, имеет довольно много параллелей с покушением на городского советника Ниттеля. Некоторые улики указывают на еврейскую общину. — Гарек кивнул в сторону двери. — А с этой квартирой у нас уже третье место преступления. И ты предлагаешь заняться сестрами? Забудь.

У Хогарта неприятно заныло под ложечкой. Как только криминальная полиция раскопает связь Дорнауэра с его секретаршей, у них появится новая подозреваемая. Но Кармен Шолль — та самая дама с черным каре и протезом вместо ноги — имела к этим убийствам не больше отношения, чем Курт, еврейская община или убийца городского советника Ниттеля. Полицейские попросту тратили время впустую. Если бы ему удалось доказать связь Линды Боман с клиникой Дорнауэра, он смог бы направить расследование в нужное русло. Тогда Кармен Шолль и его брат хотя бы на время вышли бы из-под удара. Но как это сделать? Пока Гарек продолжал говорить, Хогарт вдруг вспомнил кое-что из сказанного им раньше: в «Вайсер Хоф» или «Розенхюгель» есть более эффективные методы лечения, которые даже покрываются медицинской страховкой. Ну конечно! Гарек подал ему идею!