Книга Операция «Лиссабон», страница 40 – Валерий Шарапов

Лена поняла, что он догадался, и густо покраснела. От этого она стала еще красивее, но и недоступнее для Андрея. Ведь кольцо на руке означало, что она приняла предложение.

— Да. Прости, так получилось, — чтобы не показать ему брызнувших слез, она резко повернулась и, не прощаясь, быстро пошла к выходу из парка.

Догонять ее не было никакого смысла. Она уже все решила. Зная ее характер, Андрей понял, что этот разговор был у них последним. На следующий день он перекомпостировал билет и уехал в родительский дом.

Прошел еще год. Ломтев вцепился в учебу, как голодный пес в большую кость. Он четко осознал, что военный переводчик не может быть любителем, от него очень много зависит. Он должен быть профессионалом. Изматывая себя в лингвистическом кабинете и в спортзале, он легче переносил разрыв с Леной. До окончания института оставался последний семестр. Возбужденные и радостные курсанты готовились к новогоднему празднику и двухнедельным каникулам. Зато у Ломтева, наоборот, настроение было невеселое. По какой-то неведомой причине судьба именно в эти даты подкидывала ему непростые испытания, из которых он выходил с серьезными потерями. Сначала командировка в Анголу с последующим ранением и болезнью. Через год — разрыв отношений с Леной. Поневоле на память приходила народная пословица, что бог любит троицу. Экзамены он сдал удачно, дома тоже все было благополучно, но внутреннее беспокойство настойчиво сигнализировало, что и в этот Новый год следует ожидать сюрприза. Поэтому, когда за двое суток до отпуска его вызвали в спецчасть, он не сомневался, что грядет очередной поворот в его судьбе. Даже пришло некое облегчение — вот оно. Значит, томительное ожидание неизвестности закончилось.

В кабинете начальника отдела, кроме хозяина, его поджидал незнакомый мужчина в гражданском костюме. В отличие от сурового полковника он поднялся из-за стола и первым протянул руку. Поджарая фигура, цепкий взгляд, крепкое рукопожатие создавали благоприятное впечатление о человеке.

— Лукьянов Владимир Сергеевич, — четко произнес мужчина, глядя прямо в глаза.

— Товарищ майор хочет поговорить с вами, курсант Ломтев, — подал голос хозяин кабинета.

— Так мы пойдем, товарищ полковник, — это прозвучало не как вопрос, а как утверждение.

Они вышли из кабинета и направились в конец коридора. Там за лестницей оказался тупичок, слепой, как аппендикс. Две неприметные двери напротив друг друга. Одну из них и открыл своим ключом Лукьянов.

— Проходи, присаживайся, — по-хозяйски распорядился он.

Небольшая квадратная комната. Окно забрано решеткой, а стекла не то закрашены, не то заклеены бумагой. Минимум мебели — простой стол, без ящиков и тумбочек, просто столешница и четыре ноги. Два казенных стула с прямыми спинками. В углу высокий металлический ящик с двумя дверцами, по типу сейфа. На столе пишущая машинка и пачка бумаги. Все, больше ничего в комнате не было.

Владимир Сергеевич поставил на стол портфель и достал из внутреннего кармана пиджака красное удостоверение. Раскрыл его перед лицом Андрея, чтобы тот смог прочесть надписи. Они сели друг напротив друга.

— Давай проверим твои дедуктивные способности, — с улыбкой предложил майор. — Хотя мне больше нравится слово «аналитические».