Онлайн книга «Секретная глушь»
|
— Нет, — покачала головой Василиса, — решила не рисковать. Ты пойми правильно, Глеб, он хорошо к тебе относится — но это днем, в рабочее время. Считает тебя ответственным и грамотным работником, по недоразумению попавшим в дурацкую ситуацию. Но, прости, не знаю, как бы он отнесся к тому, что… — Василиса запнулась, потом продолжила: — Ну, ты понимаешь. Он может быть вспыльчивым, в минуты гнева может даже не ладить с головой, но он хороший человек. — Я знаю. И все понимаю. Но мы же просто решили погулять, и часа-другого нам, конечно же, хватит. Куда пойдем? — Ой, знаешь, в этой деревне так много мест, куда можно пойти… — И они одновременно засмеялись. — На задворках клуба есть подобие сквера, — вспомнил Глеб. — Дорожки, кусты, а в центре — девушка с веслом и горнист с отколотым горном. Немцы в оккупацию сломали почему-то только горн. Пойдем в сквер. Надо всего лишь перебраться через вон ту канаву. — Страшновато там, — поежилась Василиса. — У меня пистолет есть. — О, это все меняет, — прыснула Василиса и взяла его под руку. — Ладно, веди меня, Сусанин. Ту сторону клуба, как и другую сторону луны, я никогда не видела… Они гуляли в полумраке по сухим дорожкам, когда-то засыпанным щебнем. Неухоженный кустарник оброс молодыми глянцевыми листочками. Из-за ветвей с подозрением поглядывала девушка с веслом — бледная, как и вся масса строителей социализма, которую она представляла. Вечер был теплый, почти безветренный, с потемневшего неба взирали выпуклые звезды. Про созвездия и галактики сегодня не говорили. Вся деревня находилась в шоке от того, что случилось с Угрюмовыми, и Василиса не была исключением. — Нет слов… — бормотала она. — Мы не дружили с ними, я Павла Евдокимовича лишь два раза видела… Отец к нему иногда заходил — я передавала пышки, которые сама пекла… Детишек очень жалко, такие хорошенькие были… Витька постоянно с деревянной саблей бегал, фашистов в капусту рубил… Маришка над ним еще смеялась: дескать, нашинкуй нам немного фашистов на салат… Она отпустила его руку, потом опять взяла — так было удобнее и безопаснее. Глеб спросил ее про урочище и сразу пожалел об этом: зачем смешивать личное с работой? Василиса устремила на него удивленный взгляд. — Никогда особо не интересовалась, Глеб. Странное место, говорят. Что там — понятия не имею. У отца однажды спросила — так он чуть не наорал на меня. Ни ногой туда, говорит, если не хочешь отведать сурового отцовского ремня. А я, можно подумать, рвусь туда… Нет, Глеб, я не верю ни в какую мистику, но знаешь, если страшно, то люди обычно боятся. А если чего-то не понимают — это не значит, что стремятся всеми способами понять. Наши умы, конечно, пытливые, мы любим узнавать что-то новое, но не в этом случае. Лучше чем-нибудь полезным заняться для себя, для общества… Если хочешь, Глеб, можешь сходить, никто тебе не запрещает, но вряд ли ты там найдешь что-то хорошее. Ты же не предлагаешь нам вдвоем туда прогуляться? — вдруг забеспокоилась Василиса. — Да боже упаси! — воскликнул Глеб. — Знаешь, Василиса, я даже на работе не люблю щекотать нервы. Согласен, только сумасшедший пойдет туда по своей воле… — Вот и правильно, — обрадовалась девушка. — Мы не сумасшедшие. Нам и в деревне дел хватает. К тому же тут и без всякого урочища страшно… |