Онлайн книга «Секретная глушь»
|
Что-то не так, он здесь не один, вдруг почувствовал Глеб. Интуиция подсказывала, что незнакомец засел где-то здесь, так как побоялся бежать дальше: без шума и «явления народу» уже не вышло бы. Сжимая рукоятку «ТТ», он стал медленно, прислушиваясь, обходить баню. Вот дрогнула поленница с дровами, как-то накренилась, потом послышался выдох и скрежет — поленницу толкнули в его сторону за верхнюю часть, и она стала падать, в разные стороны посыпались дрова. Глеб в ужасе отшатнулся. Еще мгновение, и его бы придавило этой тяжестью! Он бросился обратно, споткнулся, упал, а одна из деревяшек отскочила и треснула его по затылку! Оружие он не выронил, возможно, это его и спасло: незнакомец не решился напасть. Гудел затылок, в ушах надрывался колокольный звон, но Глеб проворно взгромоздился наверх, поводя стволом. Но рухнувшая поленница перегородила дорогу, да и не был он в состоянии продолжать преследование. В принципе, пострадал не сильно, затылок остался цел — попало, к счастью, плоской частью деревяшки. Но, увы, он уже ничего не слышал и слишком мало видел. Злоумышленник (или кто это был?), судя по всему, сбежал… Глеб поднялся, обогнул разбросанные дрова и пару минут спустя вышел к калитке. За оградой было пусто, виднелась трансформаторная будка и соседствующий с ней столб электропередачи. Слева постройки закрывали так не вовремя озеленившиеся яблоньки, справа за кустами начинался глубокий овраг. Здесь была не самая обитаемая часть Шамар. Калитка, выходящая на улицу, была приоткрыта — пару минут назад ею воспользовались. Кто бы сомневался! Глеб сплюнул с досады — что-то подсказывало ему, что свидетелей в этом районе днем с огнем не сыщешь… Что это было? Кому-то не понравилось, что участковый решил заняться смертью Лапшина? Несколько минут Глеб приводил себя в чувство, избавлялся от звона в ушах и куриной слепоты. Затем отправился в обратную дорогу, перебрался через плетень, вдоль канавы вышел к реке. Было сильное желание покурить на природе и все хорошенько обдумать… Глава четвертая Утром снова народ не шел, и было время покрутить в голове события последних суток. Вызывать оперов из райцентра — полная дурь. Ну, обнаружил место преступления, скажут, молодец, товарищ ссыльный, работай дальше. Нечего вызывать по такому поводу оперативников, и так перегруженных делами. А то, что кто-то там померещился и пытался поленницей придавить — вы, товарищ ссыльный, ничего не употребляли в конце рабочего дня? Надо честно признаться — он ничего не выяснил. Будет время — пройдется по деревне, поспрашивает у сельчан на предмет Лапшина. А пока Глеб пил горячий чай с сухими листьями смородины и обдумывал вчерашнее происшествие. Кто-то реально собрался его покалечить. За что? За то, что выяснял обстоятельства гибели Лапшина? Так это обычное милицейское действие — стандартное и неизбежное… В дверь неожиданно постучали. — Войдите! — отозвался Глеб. Никто не вошел, но в дверь теперь начали царапать, потом снова постучали. — Да войдите же, открыто! Начав раздражаться, он поднялся, скрипя зубами от злости, и распахнул дверь. За нею с растерянным лицом стояла Евдокия и мяла узелок в руках. Похоже, все начиналось по второму кругу… — Здравствуйте, Глеб Максимович, я вам, это самое… снова пирожков напекла. Теперь с капустой… Вам же понравились вчерашние пирожки с картошкой? |