Книга Фальшивое солнце, страница 2 – Геннадий Сорокин

После прохождения пограничного контроля советские моряки вошли в зал таможенной проверки. Это было просторное помещение со стеклянной будкой в углу. Посреди зала стояли шесть длинных столов, сваренных из металлических уголков, с оцинкованными гладкими столешницами. Советские моряки выложили на столы имеющийся при себе багаж и стали дожидаться проверки. Вещи моряков проверялись таможенниками вручную. Проверка носила поверхностный характер, так как список запрещенных к ввозу в Японию товаров и предметов был ограничен. В него входили все виды оружия, запрещенные международными конвенциями вещества, подрывная литература и продукты переработки диких животных. Оружия и наркотиков у советских моряков не было, пронести избранные сочинения Ленина на территорию Японии никто не пытался. К специфическим продуктам дикой природы относились шкуры диких животных и переработанные или засушенные части их тел. Среди японских знахарей, например, очень ценился детородный орган амурского тигра, из которого делали настойку, повышающую мужскую силу. Стоила такая настойка безумно дорого, но популярностью у пожилых японцев пользовалась небывалой, во много раз большей, чем продукция самых известных японских или американских фармацевтических фирм.

Контрабанды у советских моряков с «Академика Васильева» при себе не было, японских таможенных законов они не нарушали, а если и нарушали, то так, по мелочи. Например, превышали число разрешенных к ввозу в Японию табачных изделий. По японским законам на территорию страны можно было ввезти 200 сигарет или папирос. У боцмана в багаже было десять пачек папирос «Беломорканал». В каждой пачке находилось по 25 папирос. Таким образом, боцман привез в Японию 250 папирос, что превышало разрешенный лимит, но таможенники не стали придираться к нему. Они знали, для кого предназначены эти папиросы. Для стариков! Старость надо уважать, иначе не будет преемственности поколений.

Папиросы в багаже советских моряков выглядели на первый взгляд странно. Зачем нужны низкокачественные табачные изделия в стране, где в каждом табачном киоске продаются фирменные американские сигареты по умеренной цене? Таким вопросом мог задаться только человек, не знакомый с историей Второй мировой войны и менталитетом японцев. В 1945 году после разгрома Квантунской армии в Маньчжурии в плен к советским войскам попало свыше шестисот тысяч японских военнослужащих. До 1956 года они содержались в специальных лагерях для военнопленных на территории СССР. Курили японские пленные или махорку, или папиросы, если повезет. Прошли годы. В Японии выросло поколение, которое стало пренебрегать традиционными ценностями: преданностью императору и готовностью к самопожертвованию ради поставленной правительством цели. Грубая папироса в скрюченных артритом пальцах морщинистого старика говорила разболтанной молодежи и их безмозглым родителям, что перед ними бывший солдат императорской армии, выполнивший свой долг до конца. Перед стариком с дымящейся папиросой надо было почтительно склонить голову и проявить к нему высшие знаки уважения.

За крайним слева столом встали боцман, механик и молодой матрос. Боцман обернулся на стеклянную будку и тихо сказал:

— Нынешняя красотка худовата! Вот до нее была деваха так деваха! Один раз взглянешь — всю неделю сниться будет. Как эту зовут? Миа? Прошлогоднюю тоже как-то на букву «М» звали.