Книга Счет за предательство, страница 64 – Владимир Колычев

Видимо, Рэм выглядел достаточно убедительно для того, чтобы вывести Лопаткина из душевного равновесия.

— Не работаю я на Хингана!

— Разберемся.

— К нему, кстати, тоже претензии. Это его, в общем-то, почерк.

— Какой почерк?

— Ну если со стороны смотреть, Чеботарев как бы Шрубенкова застрелил. Из ружья. И сам из этого ружья застрелился. А как он мог застрелиться, если он в обуви был? Пальцем ноги на спусковой крючок не надавишь, ну если в сапогах, а по-другому он застрелиться не мог.

— Почерк Хингана, а ты наехал на меня.

— Все версии должен проехать.

— Спецназ нагнал.

— Да слишком подозрительная вы личность, гражданин Каменев!

Рэм позвал жену, Лена принесла копии документов, доказывающие их отношение к Осьмигорскому комбинату.

— Комбинат находится в залоге у «ТЭЦ-Банка», — заметил Лопаткин.

— Я учредитель банка, — сказала Лена. Она смотрела на Лопаткина мило, но при этом как на пустое место. — Там свидетельство, лицензия, копия паспорта.

— Ну да, копия паспорта. — Лопаткин сверил совпадение фото с оригиналом.

— Не ищи черную кошку, капитан, там, где ее нет, — усмехнулась Лена. — Ищи белую. Там, где мы. Там, где ты сможешь подняться. Начальником РОВД можешь стать. Или даже мэром. Мы поможем.

— Да как-то чудно все… Вроде и комбинат ваш, а сами на «химии» находитесь, — глянув на Рэма, сказал мент.

— А разве на «химии» нельзя работать директором комбината? — удивленно спросила Лена.

— Ну не знаю.

— Можно. Это я тебе точно скажу.

— И все-таки кто-то убил Шрубенкова. И Чеботарева.

— У Рэма Евгеньевича связи на самом верху. Шрубенков очень сильно подставил Чеботарева, впутав его в игру против нас. Чеботарев ему этого не простил. Ну и сам, не выдержала душа поэта… Тебе что, «глухарь» нужен? Или твоему начальнику?

Лопаткин смотрел на Лену в замешательстве. Она с легкостью держала его взгляд, и разговор на себя перетянула, завладев инициативой и переигрывая Лопаткина, причем на его же поле.

— Ну «глухарь» никому не нужен.

— И тупой начальник районной милиции тоже никому не нужен. Нам нужен умный. Может, старый начальник милиции соответствует занимаемой должности?

— Майор Угрюмцев?

— Где он сейчас?

— Ну в своем кабинете…

— Он-то что об убийстве думает?

— Ну я, в общем-то, тоже думаю, что Чеботарев мог Шрубенкова убить. Если тот действительно его подставил.

— Как тебя зовут?

— Дима.

— Оставь телефон, Дима, и езжай, работай. Если что, звони, всегда рады будем тебя слышать. — Лена улыбалась, глядя на Лопаткина, но глаза холодные. Даже Рэм начал замерзать рядом с ней.

— Ну хорошо, — кивнул капитан.

Лена повернулась к нему спиной и скрылась в доме. Лопаткин собрался уходить, словно ни с кем кроме нее дел не имел.

— Эй! — остановил его Рэм. — Насчет Хингана узнаешь, позвони. Поговорить с ним надо.

— Э-э, ну да, конечно. — Лопаткин рассеянно кивнул, забрал своего напарника, сел в микроавтобус, машина сорвалась с места, резко набрала ход.

— А комбинат наш? — с упором на последнее слово спросил вдруг Ильяс.

И Кайзер «сделал стойку ушами». Действительно, и рынок принадлежал им, и целая горно-металлургическая компания, но в документах на право собственности про пацанов ни слова.

— Комбинат не наш, — покачал головой Рэм. — Комбинат в залоге. И завод в залоге. Все в залоге.