Книга Жаркая зима, страница 93 – Сергей Иванович Зверев

Он достал планшет — свой, не трофейный — открыл карту. Отметил место захвата Смита. Вписал время: 04:15.

Он жив. Вопросы будут. Кто заказчик, кто платил, какие еще объекты в списке. Но это уже не моя забота. Моя была — взять его. Я взял. Теперь следующий этап операции. Самолеты, взрывчатка, коллектор. Работа не закончена. Но эта часть готова.

Филин убрал планшет, встал. Плечо отозвалось резкой болью. Он поморщился, поправил повязку.

— Квант, — позвал он.

Квант подошел, держа автомат на груди.

— Слушаю.

— Ты видел, как Смит вырубил свет? Где рубильник?

— У западной стены. Я отмечу на карте.

— Отметь. И проверь, нет ли других выключателей. Он мог заминировать подходы.

— Понял. Сделаю.

Квант ушел в ангар. Филин остался один. Снег под ногами скрипел — мороз крепчал. Он поднял воротник куртки, застегнул молнию до горла.

— Центр, — сказал он в рацию. — Я Филин. Докладываю: операция по захвату Смита завершена. Пленный находится под охраной. Планшет и документы изъяты, сфотографированы, отправлены в Центр. Жду прибытия СОБР.

— Принято, Филин, — ответил голос. — СОБР будет в десять ноль-ноль. До этого — охраняйте.

— Есть.

Филин выключил рацию, посмотрел на небо. Звезды на востоке начали бледнеть — приближался рассвет. Серый, северный, холодный. Ночь кончилась.

Он повернулся к ангару, где в темноте на бетоне лежал монтажный ключ — оружие проигравшего. И нож в его кармане — оружие победителя.

Филин вернулся в ангар, к своим. Впереди начинался новый день.

— Квант, — крикнул он. — Смену организуешь сам. Я покараулю до утра.

— Понял, командир.

Филин сел на ящик у входа, положил автомат на колени. Смит лежал связанный стяжками, тяжело дышал. Кровь на лбу засохла.

— Спи, Джон, — тихо сказал Филин. — Завтра у тебя будет долгий день.

Смит не ответил. Только закрыл глаза.

Филин смотрел на рассвет. Снег скрипел под ногами часового. Где-то за контрольно-пропускным пунктом ждали саперы.

День второй, 04:15–05:30, аэродром Белая,

коллектор

Люк не поддался с первой попытки открыть его. Квант уперся ломиком в край чугунной крышки, надавил. Снег, замерзший за ночь, превратился в лед — монолитную корку, сковавшую металл с бетонным кольцом. Он ударил ломиком по ободу — резко, сильно. Лед треснул, рассыпался кристаллами. Крышка поддалась. Квант подцепил ее, приподнял. Чугунный диск весом под сорок килограммов отошел от гнезда. Он откинул крышку в сторону, на снег.

Из черного прямоугольника люка поднимался пар — влажный, холодный. Трубопроводная магистраль — подземный коллектор, тянущийся от поселка Средний к стоянке номер семь. Полтора километра бетонного тоннеля, где температура никогда не поднималась выше нуля, а по дну всегда текли теплые воды теплотрассы, смешанные с конденсатом.

Квант включил налобный фонарь. Красный свет — слабый, но достаточный, чтобы не ослеплять и не активировать возможные лазерные датчики. Потом проверил прибор ночного видения — пассивный режим, без инфракрасной подсветки.

— За мной, — сказал он шепотом. — Дистанция три метра. Не наступать на мои следы.

Саперы СОБР — двое, в полной выкладке, — кивнули. Позывных он не знал, только лица — сосредоточенные, без эмоций.

Квант перекинул ногу через край люка, нащупал скобу. Металлическая, приваренная к стене, — ржавая, скользкая от инея. Пальцы в перчатках сжали холодный прут. Он начал спуск. Сапоги коснулись дна — бетон, покрытый тонким слоем льда. Квант отступил в сторону, освобождая место. Сверху спустился первый сапер, за ним — второй. Оба включили красные фонари.