Книга Мятежная вдова. Тайна флибустьера, страница 91 – Яна Смолина

— Первый раз это было пару недель назад. Я помогал Эрнесту – он наш садовник – возил землю для клумб. Только тачку набрал, чтобы везти, слышу, кто-то из дома на крыльцо выбежал и стал шептать. Да так громко, что я из-за угла, где работал, расслышал каждое слово.

— Что говорили?

— Сейчас, – Лори недолго напрягал память. – А вот. Значит, так: «Всё пошло не по плану, но мы справимся» – говорила та женщина. – «Полковник Мартинес готов выступить по первому моему требованию. Но этого мало. Нам необходима могущественная поддержка.» А судья отвечал ей: «Не верю я в эту вашу могущественную поддержку. Но так и быть, освобожу его. Буду держать вас в курсе. А теперь прощайте.» Но баба, простите, дама, не унималась. Как фурия разъярилась. Вы, мол, Адриан, не понимаете, что говорите. Силы, которым мы поклоняемся, способны сровнять с землёй город и камня на камне не оставить. Не советую вам гневить властелина неверием. В моих руках имеется то, что позволит призвать гибель на головы мятежников и восстановить прежние порядки. Осталось передать артефакт призыва Хорхе.

Я ахнула. Артефакт призыва, который искал Гарсия – это перстень! Так значит, его всё-таки нашли, но кто?

— Кто эта женщина, ты знаешь?

— Он звал её Фрида! Я слышал! – вмешался Брайан, которому вдруг тоже захотелось поучаствовать. Но я и без него уже догадывалась обо всём.

— Что-то ещё ты можешь рассказать? – обратилась я к Лори.

Тот пожал плечами. Но тут же опомнился.

— Судья хотел уже выпроводить её, но спросил: «Почему вы сами, дорогая моя, не можете всё провернуть? Зачем вам этот контрабандист?» А она возьми да скажи: «Хорхе сын человека, который возродил книгу и создал печать. Она только на него реагирует и ему подчиняется по зову крови. Будь я способна, давно бы сама всё сделала». Вот такие дела, мадам. Бредятина полная. Но оттого я запомнил всё слово в слово.

Кровь стучала в голове, а мозг сопротивлялся услышанному. Что значит, сын? Гильермо Салес – отец Хорхе Гарсия? Матерь божья, и судья намерен выпустить мерзавца из тюрьмы!

В слабоумие этого человека верилось слабо. Он ведь мог прикидываться. Но даже если так, Диего бы не позволил его выпустить. Он слишком влиятелен, но что-то подсказывало, именно это могло стать поводом для бывшего соратника ненавидеть корсара и строить заговоры. Если, конечно, Борджес и Фернандо хоть когда-то были соратниками.

— Ты кому-нибудь ещё рассказывал об этом?

— Нет. Только Брайан знает.

— Но почему? Неужели вы не понимаете, что ваш хозяин готовит заговор?

— Мадам, – остановил меня Лори, – где мы, а где судья. Нам бы никто не поверил.

— Ещё бы. Конюх хотел было растрезвонить, что слышал, и где он теперь? Зря ты, Лори, разболтал всё. Жди, за тобой придут.

Брайан зло уставился на меня.

— Я уже сказала и повторю. Никто ничего не узнает о нашем разговоре. Тем более что я уже о многом догадывалась сама. Ваши слова лишь подтвердили подозрение.

— Мы не хотим возврата к рабству, мадам, – Лори осмелился коснуться моей руки. – Вы не похожи на них. Та женщина, – он замялся, – она не человек. У неё глаза страшные и рисунки какие-то чудны́е на коже. Кстати, Фрида и о вас упоминала. Когда я подавал им еду под видом лакея, дамочка кипела от ярости. Она проклинала некую дрянь, которая крутит шашни с бандитом Борджесом. И что она его подначила распустить пансион.