Книга Время лохов, страница 82 – Игорь Безрук

— Е-мое, полпервого ночи!

— Не может быть! — не поверили мы ему: сели ужинать — восьми еще не было!

— Сам посмотри, — протянул мне свои наручные часы Грицай.

— Тогда пора заканчивать, а то и в выходные не выспишься.

— Мне еще пасуда нада вымыть, — сказала Гелила.

— Могу помочь тебе вытереть тарелки, — вызвался я.

— Я тоже могу, — сказал и Генка.

— Ладна, — улыбнулась Гелила.

Минут за двадцать мы расправились со всей посудой и стали расходиться по своим комнатам.

— Бай — бай! — сказала на прощание Гелила.

— Бай — бай! — помахали мы в ответ.

Гелила закрыла за собой дверь. Грицай проводил ее взглядом голодной собаки и тяжело вздохнул. Я открыл нашу комнату.

— Ну что, на боковую? — спросил Грицая. Тот как будто готов был стоять столбом всю ночь.

— Да, да, — приглушенно сказал наконец Грицай и как потерянный проследовал за мной.

Ночь не принесла нам облегчения. Грицай во сне будто разгружал какую-то длинную, как бесконечный тоннель, фуру, все что-то бормотал. Я в своем снова пил кофе с Гелилой, неотрывно смотрел, как она неторопливо наливает из кувшина напиток. Коричневая струйка, переливаясь и блестя мизерными жемчужными вкраплениями, радостно стекала в белоснежную чашку, пузырила поверхность, образуя пенку.

Я улыбнулся Гелиле, поднес к себе чашку поближе, вдохнул пахучий аромат кофе, попробовал на вкус, отхлебнул чуть-чуть с удовольствием. Открыв глаза, встретился с озорными глазами Гелилы, прочитал в них искреннее: «Ну как?»

— Обалдеть! — только что и смог произнести и отпил еще глоток. После третьего глотка все у меня перед глазами расплылось, комната потеряла очертания, мебель растворилась в пространстве. Даже улыбающееся лицо Гелилы было как в тумане.

— Что ты со мной сделала? — спросил я. — Чем опоила? — но ответа не получил — Гелила так и продолжала загадочно улыбаться.

— Тебе весело, да? — опять спросил я. — Я напился? Ты меня напоила. Ты. И за это должна меня поцеловать. Какие там у вас в Эфиопии поцелуи?

Гелила звонко рассмеялась:

— У нас поцелуи такие же вкусные, как и кофе.

(Я нисколько не удивился, что во сне Гелила говорила по-русски чище, чем я.)

— Тогда почему ты меня вашим кофе угощаешь, заставляешь его пить большими порциями, а про поцелуи даже не вспоминаешь? Может, мне интересен не только ваш кофе?

— Как хочешь, — Гелила подошла ко мне, коснулась моих губ своими горячими губами, потом раскрыла рот пошире и… втянула меня в себя полностью!

Я проснулся в ужасе. Моя подушка была вся сырая. Я обвел глазами темную комнату и не смог понять: реальность это или продолжение сна, я в комнате или в каком-то другом помещении; не в помещении — в чем-то сыром и темном (внутри Гелилы?). Но нет (наконец-то я заметил абрис окна, затем силуэт мирно спящего под одеялом Грицая), я все-таки в нашей комнате и скорее всего не во сне. Это меня немного успокоило. Я поднялся, прошел на кухню, заглянул в холодильник — захотелось выпить холодной минералки. Закрыв дверцу холодильника, присосался к горлышку пластмассовой бутылки, жадно много выпил, на секунду оторвался, чтобы вдохнуть, и тут заметил, что у входа на кухню стоит Гелила.

Я снова себя спросил: «Это сон или реальность? Кто бы меня ущипнул?»

— Не списа? — Гелила подошла ко мне, отобрала бутылку и сама приложилась к горлышку.