Онлайн книга «Надежда и отчаяние»
|
Я ткнул маленьким окурком в дно стакана с водой и закурил еще одну сигарету; рука дрожала. Минут десять я молчал, переламывая в себе желание спрыгнуть в окно прямо сейчас. Мучительно хотелось с кем-нибудь поговорить, но писать было решительно некому. Я как всегда остался один со своими проблемами. И как всегда эти проблемы такие, что я не мог остаться иначе. «Знаешь, а может просто стоит ей признаться? Ведь если ты не попробуешь, ты не узнаешь», – пришло мне через пять минут тишины. Как легко ты это пишешь! Боже мой! «Во-первых, я боюсь. Во-вторых, я сейчас признаюсь, она меня отошьет и что я буду делать? Скорее всего мы после этого даже общаться перестанем – обычно оно так и бывает». «Но ведь может и нет! Может она сама сидит и ждет, что ты ей признаешься!» – написала она. О, не давай мне надежду, Даша, я тебя молю… «А может все и так, как говоришь ты», – прислала она следом Спасибо. «А может и да, вот именно», – ответил я. «В любом случае я желаю тебе удачи. Попробуй не зацикливаться на этом и не накручивай себя. Я уверена, что она неглупая девочка (какая же еще могла тебе понравиться?), и даст тебе знать, если что-то чувствует». Тоска лилась через край. Я смотрел на это сообщение несколько минут. «Неглупая» …, да кто ж ее знает?! Если она такой крутой психолог, как строит из себя, то давно должна понять, что нравится мне! Хотя, может она просто таким образом дает знаки, мол, иди-ка ты, Максим, куда подальше? О, наверное, нет ничего хуже любовных сомнений. «Что ж, спасибо… Теперь я пойду спать». «Стой!» «Стою». «Ты не пообещал мне кое-чего». «И чего же?» «Пообещай, что не будешь себя накручивать». «Постараюсь. Но я привык быть с тобой откровенным, так что скажу, что именно этим я и буду заниматься половину ночи». «Так, тогда ты не идешь спать. Или грусти здесь, или не грусти совсем». Мне вдруг очень сильно захотелось послать ее на три известные буквы. «Понимаешь, если я начну грустить здесь, плохо может стать тебе. А я не хочу, чтобы тебе было плохо… Я могу сорваться и сказать какую-нибудь ненужную вещь, за которую ты меня потом возненавидишь». «Ой, зря я подняла всю эту тему. Прости…» «Ничего». «В таком случае доброй ночи, Максимка». «Пока». Я запрокинул голову назад и тяжело вздохнул. Мысли разрывали мозг; успокоиться и настроить себя на лучшее не было никакой возможности. Да и желания тоже, если честно. Я вдруг понял, что это слишком сильно похоже на то, что было между мной и Катей. Слишком сильно… На глаза попалась желтая книга мягкого переплета, надпись на которой гласила: «Страдания юного Вертера» … …Постепенно перед глазами все поплыло и передо мной вновь возник прожектор, закрывавший своим светом лица почти всех слушателей. Она все еще смотрела на меня, а я просто не знал что делать. Просто не знал. * * * Я смотрел через большое окно на снующих в предвечерней суете людей. Кровавые лучи закатного солнца плавили окна домов и облизывали их серые стены. Пушистые, похожие на комья шерсти, облака хаотично разбросаны по небу; и угасавшее солнце в последний раз окрашивало их в розовые и персиковые оттенки. День медленно догорал. — Ты пойдешь на мое выступление? – спросил я Щеголева, переводя взгляд с улицы на него. Он сидел напротив меня и ел небольшой сэндвич – две булки, котлета и кетчуп. Перед ним на красном подносе лежали еще три таких же. |