Онлайн книга «Симфония надежды»
|
Мне страшно, я еще даже не вполне надеюсь, но все же я ставлю ногу… …но задерживаю ее в воздухе и перевожу взгляд на первую лестницу… III. Песня надежды Отведи меня туда, где нет обид Я за тобой готов идти хоть на край Земли Ты бы знала, как я сильно не хочу домой Я окунулся бы в тебя прямо с головой Три дня дождя, «Иду за тобой» Она сидела за столом и отвечала доклад. Солнце, просачиваясь сквозь приоткрытое окно, освещало Ее волосы, высвечивало их так, что они совсем озолотились. Периодически Она улыбалась и казалось, что за столом сидит солнечный лучик, наконец пробившийся на землю сквозь толстые дождевые тучи, захватывавшие город весь день, — и потому этот лучик такой светлый, такой радостный, такой красивый… Я смотрел на Нее, чувствуя, как сердце покрывается горячечной дрожью, словно его жарят на медленном огне. Я весь обратился в зрение и смотрел на то, во что обратился весь мир — на Нее в золотистом солнечном сиянии — и не мог оторвать взгляд. А когда Ее глаза, блуждавшие во время речи, вдруг — всего на мгновение! — остановились на мне, я пытался притвориться серьезным, таким, каким должен быть слушатель, но не выдержал, и тогда легкая улыбка пробилась на губы, а что-то внутри хотело пробить грудь и выйти наружу. Мне хотелось только смотреть на Нее, и смотреть, и смотреть, и смотреть, провозглашая: «Остановись мгновенье, ты прекрасно». Сдаться, подумал я, когда Она закончила выступление и я смог распутать мысли, — сдаться, запретить себе надеяться и пойти душить чувства, несмотря на всю боль, сопровождающую эти процессы, — самый простой выход из ситуации, ибо, чтобы верить и ждать, нужно иметь огромную силу и смелость, день ото дня превозмогая свое малодушие, тянущее махнуть рукой и забыть. Но именно такое усилие в конце концов должно окупиться. Должно, Господи. Должно. Утреннее небо голубыми глазами посматривало на меня сквозь ветки деревьев; то тут, то там сочился солнечный свет, снопами падая на асфальт. Я смотрел на траву, покрывавшую землю, на маленькие листочки, вдруг появившиеся на березах — смотрел на окружавшее меня зеленое весеннее цветение, вдыхал теплый воздух, пахнущий свежим хлебом, слушал переливистое пение птиц, отчетливо видел весеннее обновление, распускание и цветение жизни и улыбался всякий раз, когда сердце подскакивало от накатившей, словно морская волна, надежды, потому что в столь яркий и живой день совершенно нельзя было думать о неудаче — можно было думать лишь о том, что подобно зеленым листьям на березах, на дереве Ее души зацветет чувство, поначалу крохотное, как почки, но постепенно все больше и больше — перейдет в листья, цветы и даст плод… IV. Песня уничтожения Спрятаться от всех надолго Ангелы скажут: «Сильная» На небо чисто синее я улечу Отражение в осколках Ведь это не насилие Со шрамами красивее, я так хочу Три дня дождя, «Аутоагрессия» В мае погода сошла с ума — температура упала, пошел снег… Когда я сидел на лавке в мокрых кроссовках и с бутылкой медовухи в промерзших руках, мне казалось, что я нахожусь где-то в декабре. И вместе с тем казалось, что снег знаменует собой какой-то радикальный слом внутри меня. Как минимум себя мне сломать очень хотелось. Раньше это ограничивалось прослушиванием подходящих песен, а теперь к этому начало добавляться и нечто физическое. Наверное, добивать себя, чтобы быстрее справиться и возродиться — практика частотная. |