Книга Еще там есть собака, страница 15 – Кейли Лоринг

— Не сегодня, — выпаливает он. — Может быть, позже.

— О. Хорошо… — Значит, будет «позже»… Я пытаюсь говорить хриплым голосом, потому что еще недостаточно выставила себя на посмешище. — Хотя я в настроении для сладенького…

Не пропустив ни секунды и не сделав ни единой паузы, чтобы подумать, действительно ли я откровенно пристаю к нему, мужчина лезет в один из карманов пальто и достает завернутый леденец. Он предлагает его мне, не глядя в глаза, но при этом бросает взгляд на мое декольте, что я расцениваю как небольшую победу.

— Он без сахара, но вкусный.

Я беру у него леденец, снова вздыхая.

— Спасибо. — Кладу его на стол, поверх своего блокнота. Оставлю его на потом, когда мои глаза не будут гореть от слез, нижняя губа не будет дрожать, а в горле не будет дурацкого комка.

Всё. Я сдаюсь.

Я не готова к такого рода вещам с тем, кто мне действительно интересен.

Отворачиваюсь от него и тянусь, чтобы прикрыть рот, но слишком поздно — я издаю громкий, безошибочно печальный вздох. Что еще хуже, вся вода из моего мозга теперь вытекает из слезных каналов. И из носа.

Я плачу.

Плачу на глазах у мужчины, которого только что пыталась соблазнить.

Это унизительно.

Пошло ты, Рождество!

Вдруг я чувствую большую, теплую руку на своем плече.

— Эй. — Его голос мягкий и нежный. — Что случилось?

— Ничего. — Я вытираю нос тыльной стороной предплечья. — Ничего такого. Я даже не знаю, почему плачу. Мой бывший парень сегодня женился. Мы расстались год назад. Я даже больше не люблю его — мы разлюбили друг друга давным-давно. Просто… все пошло своим чередом. Так бывает, верно? Я понятия не имею, почему я…

Он обходит меня так, что я оказываюсь лицом к лицу с ним.

— Я понимаю. — Митчелл вытирает слезы на моих щеках своими большими пальцами. — Мне знакомо это чувство, — признается он. — Моя бывшая жена снова вышла замуж в прошлом месяце.

— Правда?

Парень кивает.

— Мне не хватает того комфорта, который дает наличие спутника. И идеи, что романтическая любовь длится вечно, я полагаю. И осознание того, что у меня сильная связь с кем-то.

— Да. — Мне больше нечего добавить к этому. — Точно.

— Нелегко быть в одиночестве на Рождество.

— Да, это так, — огрызаюсь я. Поверить не могу, я говорю, как обиженный двухлетний ребенок. Прочищаю горло. — То есть… может быть, если бы у меня была твоя собака, мне было бы легче… — Я ухмыляюсь ему.

И получаю улыбку в ответ. Митчелл Конрад улыбается искренне. Его темно-карие глаза излучают тепло за линзами, и это действительно нечто особенное.

— Может, тебе стоит завести свою собственную, и они смогут устраивать свидания.

— Может быть… Правда в том, что мои рабочие часы настолько длинные, что это было бы нечестно по отношению к собаке. — Я смотрю на Агнес, которая растянулась на одном из ковров. Выпячиваю нижнюю губу. Она рядом, и я уже скучаю по ней.

— Может, тогда тебе стоит подумать о работе с меньшим количеством рабочих часов?

Инстинкт заставляет меня насмехаться над этим, хотя в последнее время я серьезно об этом задумывалась.

— Ага. Конечно. Я просто возьму и буду работать меньше. Займусь этим как можно скорее.

Он пожимает плечами.

— Поступай как знаешь.

— Меня все устраивает, спасибо большое. — Потому что я совершенно одинока и не обязана подстраиваться под кого-то еще. — Чем ты занимаешься?