Книга Ещё не люди, страница 245 – Михаил Булыух, Михаил Тут

Иногда эта логика заставляла меня усмехаться именно потому, что я слишком хорошо её понимал. Для существа без сумки, постоянного места хранения и привычки планировать использование предмета через неделю изготовленный заранее инструмент действительно мог быть менее удобен, чем найденный непосредственно перед задачей. Поэтому запас хороших камней мне не помогал. Мне требовалось научить их получать край на месте, когда рядом уже лежит то, что надо резать.

2

Первое серьёзное столкновение с гиенами в этой жизни произошло, когда я уже хорошо ходил с группой, но по возрасту всё ещё оставался подростком. К тому времени туши давно перестали быть для меня редкостью. Мы подбирали погибших мелких животных, пользовались остатками чужой охоты, иногда находили крупную добычу после хищников и регулярно возвращались к костям, если мягкие ткани уже исчезли. Мясо оставалось непостоянной частью рациона, зато никому уже не требовалось объяснять пользу хорошего режущего края возле туши.

Тушу молодого крупного травоядного нашли возле старой протоки. Животное лежало на боку, одна задняя нога была разорвана выше сустава, а на шее темнела глубокая рана. Хищника рядом не оказалось, запах разложения оставался слабым, и взрослые приблизились почти сразу. Несколько особей начали искать камни, другие уже тянули кожу зубами и пальцами, пытаясь добраться до мягких участков.

Подходящих природных краёв оказалось меньше, чем работающих рук, и Валун, крупный взрослый самец с широкими плечами и привычкой занимать удобное место без долгих переговоров, забрал лучший обломок почти сразу. Самка рядом с ним нашла второй, гораздо хуже, а остальные продолжили работать руками. Я вцепился в крупную заготовку, которую приметил возле воды, и попытался получить ещё один край самостоятельно.

Взрослый я справился бы с ней значительно быстрее. Подростковые руки уже позволяли нанести сильный удар, но тяжёлый камень всё ещё приходилось удерживать ближе к корпусу, и точность страдала. Первый удар прошёл слишком далеко от края, после второго отлетела только мелкая крошка, а третий заставил заготовку развернуться на опоре, и мне пришлось остановиться, пока пальцы не оказались между двумя камнями.

Щёлк тут же полез помогать, хотя помощи я не просил. Он ударил по тому же месту слишком сильно и получил толстый бесполезный кусок. Я отодвинул его локтем, переставил ядро и выбрал другую поверхность. На этот раз трещина пошла лучше: крупный отщеп отделился с резким сухим звуком, а одна сторона оказалась достаточно тонкой, чтобы уверенно резать.

Валун увидел результат раньше, чем я успел проверить край. Он протянул руку требовательным жестом, и я отдал отщеп. Самец даже не посмотрел на оставшееся ядро и мои руки: через несколько мгновений новый край уже резал кожу у туши.

Мне пришлось начать снова, но времени почти не осталось. Первая гиена показалась на открытом участке за кустами. Она шла не прямо к нам, а по широкой дуге, останавливалась, тянула нос и несколько раз меняла направление, пока не убедилась, что запах ведёт к туше. Один взрослый заметил её, выдал тревожный сигнал, и работа возле мяса сразу замедлилась. Когда гиена подошла ближе, Валун поднялся, раскрыл пасть и рванул ей навстречу с палкой; двое других закричали и начали бросать камни. Животное резко отскочило, пробежало несколько десятков шагов и остановилось, продолжая смотреть в нашу сторону. На этом всё могло бы закончиться, если бы гиена была одна.