Книга Цветок для Некроманта, страница 106 – Вадим Фарг, Ольга Риви

Сначала люди не верили в перемены и что им больше ничего не угрожает. Чёрный мор больше не полз по улицам, забирая человеческие жизни, скотина снова жуёт траву, а трава имеет наглость расти. Всё живое в Долине забыло, на что похожа нормальная жизнь, а главное, кого за это нужно благодарить.

У ворот замка теперь часто оставляли корзины с подношения и записками, вгоняя тёмного лорда в краску. Ведь за всю свою жизнь он не слышал добрых слов и уж тем более, благодарности. Моё развлечение последних недель, это наблюдать, как сильно кривится его лицо, от очередного послания.

Раньше при одном имени Кассиана люди бледнели и прятали детей под кровати. Теперь они бледнели, крестились, прятали детей под кровати, а потом шёпотом спрашивали:

Мир оживал так упрямо, будто хотел наверстать годы болезни за пару недель. На мёртвых полях пробивались ростки. В лесу снова пели птицы и водилась живность. Болота, конечно, остались болотами, их никакая магия не сделает приличным местом. Но теперь над тиной по вечерам, всё больше, летали светящиеся мотыльки, похожие на упавшие звёзды.

Я всё ещё считала, что звёздам лучше держаться подальше от мест, где по колено в грязи живут зубастые твари, но даже болота стремились впитать в себя всё то буйство жизни, которое приходило на смену гнили. Иногда я смотрела на эту долину и думала, что второй шанс в жизни действительно есть. В прошлой жизни я вышла из ЗАГСа с ощущением, что всё наконец кончилось. Брак, усталость, чужие ожидания и вечное «потерпи». Я тогда так хотела перемен, что, наверное, вселенная решила выполнить просьбу с размахом.

Смерть под колёсами самоката – не самый изящный способ начать новую жизнь, зато подействовал безотказно.

Я всё ещё помнила тот удар и ту боль, испуг, грязный асфальт и свою последнюю глупую мысль: «Ну хоть развелась». Чёрный юмор, видимо, был со мной до самого конца.

А потом я очнулась здесь, в чужом теле и в чужой судьбе, которую за меня уже успели продать какому-то пузатому барону, и лишь наглый маг смерти нарушил планы моей новой жизни.

И вот теперь я стояла среди оживающей долины, смотрела на светящиеся лилии и понимала, жизнь не обязана быть справедливой, но иногда она может быть щедрой. Редко, конечно. Через боль, страх, болота, мертвецов и некроманта с тяжёлой ношей.

Замок Кассиана изменился сильнее всего. Мрачная цитадель из тёмного камня осталась такой же мрачной, тут уже ничего не поделать. Если замок веками строили так, чтобы путники при виде его вспоминали все грехи и завещание, то пара клумб общее впечатление не спасёт, но я старалась.

Во дворе теперь росли огромные светящиеся цветы. Ночью они раскрывались и заливали стены мягким голубым светом. Плотоядные клумбы, раньше пытавшиеся откусить мне ноги, теперь тёрлись о сапоги, как щенки, я и к ним нашла подход.

Одна клумба особенно ко мне привязалась, я даже дала ей имя. Кассиан сказал, что до моего появления растение сожрало троих грабителей и одного сборщика налогов, а теперь больше никто не выполняет свою прямую обязанность, рвать в клочья непрошенных гостей.

— Вот видишь, – ответила я, указывая на зубастый цветок, который мне приглянулся. – У неё хороший вкус.

Кассиан долго смотрел на меня.

— Иногда я забываю, что ты маг Жизни.