Книга Фамильяр для темной леди, страница 4 – Любовь Черникова

— Лучше тебе и не знать, — усмехнулась я.

— Почему?

Я только закатила глаза от такой недогадливости, а Триша хихикнула.

Наши мирные посиделки прервал отец:

— Дорогие мои, ужин готов!

Благоберт Вайтстоун, стихийный маг земли, прекрасно готовил, и мы без разговоров поднялись, спеша сесть за стол. Виолетта отложила очередную книгу, Триша спрятала в карман зеркальце и гребень. Ри, которая с мечом не расставалась с тех пор, как отец ей его подарил, сунула его в ножны.

И тут что-то произошло. Что-то такое, что я почувствовала сразу, но не сумела объяснить. Но, что ничего хорошего это не предвещает, я мгновенно поняла по изменившемуся лицу нашей мамы.

— Берт, ты тоже это заметил? — Она с тревогой посмотрела на папу.

Тот спустился с террасы и подошел к нам, внимательно глядя куда-то сквозь пространство.

— Да, милая. Только — Он бросил быстрый взгляд на нас. — Только не уверен, что правильно все понял, — закончил он.

— Мама, что произошло? — потребовала я ответа, ощущая усиливающуюся тревогу.

Родители переглянулись.

— Я тоже что-то почувствовала. Магию! Она отозвалась вот здесь!

Приложив руку к солнечному сплетению, я обратила внимание на Морейн. Сестра что-то тихо шептала, глядя сквозь пространство в сторону долины.

— Там. — Она подняла руку и указала на Запретный Лес. — Прорыв. Там прорыв тьмы!

— Печати пали! — выдохнул отец. — Я боялся этого с тех самых пор, как поселился здесь. Но Полагаю, у нас есть немного времени, чтобы убраться из города. Эмили, бери девочек и

— Я остаюсь! — категорически воспротивилась Морейн, перебив отца.

— Нет, ты уходишь! — рявкнул на нее он.

Впервые на моей памяти папа разговаривал так жестко, но Морейн не испугалась.

— Папа, я тут некромант, и я чувствую, как повсюду поднимается нежить! Кто ее сдержит? Или в Роузенкрик появился еще один после моего отъезда?

Морейн была права. До того, как основали Роузенкрик, на месте долины было поле боя, и теперь прорыв темной магии поднимал похороненные в земле костяки, а из леса тянулись иные чудовища и сущности.

Родители переглянулись, и мама решительно тряхнула волосами.

— Похоже, мы все остаемся, — сказала она то, чего от нее никто не ожидал.

— Эмили? — выдохнул отец.

Его удивление было логичным. Прорыв — не то событие, на котором стоило бы поприсутствовать. Это едва ли не самое страшное, что могло здесь случиться. Но мама твердо сказала:

— Берт, не спорь. Просто послушай. Там, — она ткнула пальцем себе за спину, где деревенька за прошедшие годы превратилась в небольшой городок с десятком тысяч жителей, — люди. Простые. Есть маги, но совсем слабые и их мало. Мы должны их защитить.

— Но наши дочери, Эмили… — попытался воззвать отец к ее здравому смыслу.

— Они тоже маги! Я обучила их многому. Их резерв поможет сдержать тьму до прихода помощи.

— Аристократку включила? — недовольно проворчал отец, как обычно, когда сердился на маму, и вздохнул сдаваясь. — Ладно. Будь по-твоему, Эми. Командуй.

Мама кивнула, и я увидела, как подозрительно блеснули ее глаза. Но она тут же взяла себя в руки и гордо вскинула голову.

— Триша, бери Виолетту и

— Но, мама! Мы тоже никуда не пойдем! — наперебой завели сестры.

— Дослушайте! — рявкнула наша хрупкая, но порой такая строгая мамочка. — Бегите в ратушу. Свяжитесь со столичной канцелярией.