Книга Укрощение строптивой, или Ректор, ты попал!, страница 33 – Ксения Никонова

Соседки вернулись только к ужину. Я уже начала беспокоиться, куда это они запропастились? Червячок совести к тому времени прогрыз во мне изрядную дыру, отвлекая от насущных дел.

Оказавшись в комнате, первым делом я скинула пропахшую гарью и испачканную в саже мантию. Ну где там обещанный обед? Мне бы хоть что-нибудь проглотить и в ванну — отмокать.

Обед принесли, когда я уже хотела пойти и устроить ещё один маленький скандал. Прыщавый мальчишка-поварёнок вознамерился выставить все блюда, запечатанные магией от остывания, на наш письменный стол, но я сперва затребовала озвучить, что в меню.

— Луковый суп, печень тиронского оленя с соусом, пирог с форелью и топлёным маслом, салат овощной, отвар из ягод, — бойко протараторил он, не забывая стрелять глазами по сторонам.

— Суп и печень забирай, пусть ректор их ест, — скривилась я.

Терпеть не могу лук. Печень того хуже.

— Эээ… как скажешь, — развернул он свою тележку к выходу.

— Стой! Остальное-то оставь, — милостиво разрешила я и сцапала с плоского блюда кусок пирога, с выпирающей из него начинкой.

Божественный вкус! С голодухи я и суп съела бы, но раз тут такое разнообразие выбора, предпочту пирог.

— Всё, иди, чего встал! — рассердилась я на маленького паршивца, который не преминул заглянуть мне в вырез халата.

— Что ты делаешь сегодня вечером? — ощерившись в улыбке, спросил этот нахалёнок.

— Развлекаюсь с незадачливыми ухажёрами, — угрожающе зажгла я на свободной ладони огонёк.

— Скажите, какая цаца, — обиженно буркнул он, и я спустила одну искру.

Ужалив его для острастки и проводив до выхода из общежития, моя малютка вернулась к мамочке.

Чтобы не терять время зря, я взялась думать над дальнейшими планами, лениво гоняя ароматную розовую пену по купальне.

Сегодняшнее выступление не понравилось милорду явно.

Мне его категоричность в вопросе расторжения брака тоже не понравилась, но мы ещё посмотрим, кто кого.

Так и подмывало оставить ему проклятие, отговорившись тем, что оно оказалось неснимаемое. Прикинув так и этак, с сожалением пришлось отказаться от этой затеи. Зря дала обещание, очень зря.

Ну ничего, при удобном случае можно будет и повторить. Теперь-то я знаю, что оно сработает. Зато у меня появились хоть какие-то деньги. Привычные бытовые мелочи — бельё, средства для красоты и колдовства немало стоят.

Десять золотых, что бы там ни думал милорд, разойдутся очень быстро.

Значит — что? Значит, придётся ему раскошелиться ещё не раз. Он мне должен крупную сумму. Моя свобода стоит очень, очень дорого.

Я высыпала из мешочка серебро и принялась раскладывать его по кучкам. Нервы успокаивает.

За этим занятием меня и застали соседки.

— Диана, откуда у тебя деньги? Ты же только вчера жаловалась, что нечем платить за учёбу?

— Это мне стипендию дали, — выкрутилась я, срочно ссыпая свою добычу обратно.

— Стипендию? — недоверчиво переспросила Сесиль. — Это же только самым талантливым дают.

— А разве я не талантливая?

— Ну… задумалась она, — если дали, то наверное талантливая.

— А как узнать, кому её дадут, а кому нет? — заинтересовалась Анет.

— Спросите ректора, — пришла мне в голову блестящая мысль.

Надо же его чем-то занять, пока я продумываю следующий шаг. Кто же знал, что эффект превзойдёт мои самые смелые ожидания.